Услышанные молитвы

достаточно, чтобы отправиться даже в ад, только бы встретиться с ними.
Супруги сошли по трапу и направились к зданию аэропорта, чтобы пройти таможню, где стоял один босой человек в белых шортах, но зато в рубашке с погонами. Его лицо напоминало африканскую маску и наверняка испугало бы Пэм, если бы та прилетела одна. Ей безумно хотелось обратно в «Клариджес», а оттуда сразу домой. Таможенник проверил их паспорта и махнул рукой — проходите. Единственным утешением для Пэм была встреча с Диланом и Джейсоном. Но она считала, что путешествие — непомерно высокая цена за то, чтобы увидеться с сыновьями.
А Брэд увидел их и закричал от восторга. Сыновья стояли рядом с фургоном и, как только сопровождаемые носильщиком родители появились, кинулись их обнимать. Симпатичные, высокие, с выбеленными солнцем светлыми волосами, мальчики настолько загорели, что сами казались почти африканцами. За исключением цвета волос, близнецы как две капли воды походили на отца — вплоть до ямочки на подбородке. Брэд шутил, что когда-то в их род затесался швед. Они были светловолосыми с самого рождения. И Брэду пришло в голову, что у Фейт такие же пряди. Даже здесь все напоминало ему о ней.
— Прекрасно выглядите! — похвалил он парней. От физической работы они раздались в плечах и накачали мышцы, а в майках и джинсах смахивали на культуристов.
Пэм тоже пришла в восторг, увидев своих сыновей.
— И ты, папа, — отозвался Дилам, а Джейсон помогал грузить в фургон материнские чемоданы.
Только Брэд мог отличать близнецов. Он всегда утверждал, что они совершенно не похожи. Даже Пэм никогда толком не понимала, с кем разговаривает. И чтобы решить проблему, в младенчестве надевала на них тапочки разного цвета. Правда, когда ребята подросли, они научились меняться обувью. И теперь, когда сыновья стали взрослыми, определить, кто из них кто, оказалось не так-то просто. Джейсон был на четверть дюйма выше брата, но это не бросалось в глаза.
Они наперебой рассказывали о своих делах, пока ехали к раскинувшемуся у реки Замбези Лиувийскому национальному парку. Говорили о местах, которые проезжали, называли попадавшихся на пути животных, объясняли, какие живут поблизости племена. Брэд увидел именно то, что хотел, и радовался, что не поленился приехать. Он понимал, какой бесценный опыт приобрели сыновья в Африке. Этот опыт им очень пригодится. Ребята возвращались в июле, однако подумывали, не провести ли им годик в Лондоне или не попутешествовать ли с полгодика по Европе, а уж потом учиться и искать работу на родине. Пэм уговаривала их поступать на юридический факультет. Но после того, что они испытали, Брэд не взялся бы утверждать, что мальчики уступят. Они познакомились с миром, который был намного интереснее прежнего. И ни один из сыновей не испытывал интереса к юриспруденции и работе в конторе матери.
Они ехали к заповеднику четыре часа — сначала по узкой шоссейке, потом по проселку, и к концу пути Пэм снова начала нервничать. У нее сложилось впечатление, что они на краю света. Впрочем, так оно и было. Только Брэду и сыновьям это нравилось, а она очень хотела повернуть домой. Наконец путешественники прибыли на место. Работники заповедника жили в палатках. А два узких барака отводились под контору, столовую и часовню. Гостям предназначались две крохотные хижины. Сыновья хотели предоставить родителям одну из них, но Брэд решил, что ему лучше спать с мальчиками.
— Ни за что! — возмутилась Пэм, и все остальные рассмеялись.
Лагерный душ представлял собой еще одну палатку с водопроводной трубой, а маленькие кабинки служили отхожими местами. Пэм предпочла бы что-нибудь поцивилизованнее — вроде Кенийского национального парка. Ей казалось, что хуже этой дыры ничего не могло быть.
— Господи! — пробормотала она, когда Дилан приоткрыл дверь и показал ей туалет. — Вот сюда я должна ходить? — От одной мысли, что здесь предстоит провести целых две недели, Пэм чуть не расплакалась.
— Все будет хорошо, — успокоил ее Брэд и потрепал по плечу, но Пэм ответила свирепым взглядом. — Ну и чья же это была идея?
— Сыновей, — улыбнулся он. — Мальчики все девять месяцев упрашивали нас приехать посмотреть, как они живут. Ничего, привыкнешь.
— Не рассчитывай!
Брэд успел достаточно узнать свою жену, чтобы подумать, что, вероятно, так оно и будет. Но, с другой стороны, он понимал: Пэм постарается. Как бы она ни была избалована и ни любила комфорт, эта женщина в нужный момент все-таки умела взять себя в руки. И ради сыновей делала все, что могла. Когда в первый раз Пэм увидела змею, то чуть не упала в обморок. А слушая предупреждения сыновей, что по ночам в джунглях летали жуки размером с кулак и они вполне могли попасть в ее