Игры бывают разные. Но в подобной вы еще не участвовали. Ставка в ней — бессмертие, а игральные фишки — человеческие жизни. Невероятный, шокирующий роман всемирно известного автора Дэна Симмонса («Гиперион», «Падение Гипериона», «Дети ночи») погружает нас в бездну страха, откуда нет возврата.
Авторы: Симмонс Дэн
они еще не установили микрофонов достаточно близко, чтобы прослушивать наш разговор, но через минуту к ресторану подъедет фургон, и интимность нашей беседы будет нарушена. Нам пора прогуляться.
— А если я откажусь? Дженсен Лугар пожал плечами.
— Через несколько часов игра станет действительно очень интересной. Там-то тебе и уготована роль. Если ты хочешь «отблагодарить» людей, которые уничтожили твоего племянника и его семью, тебе лучше последовать за мной. Я предлагаю тебе свободу… по крайней мере от них.
— Но не от вас?
— От себя — нет, моя дорогая пешка. Ну давай, пора решаться.
— Когда-нибудь я убью вас, — процедил Сол.
Лугар ухмыльнулся, натянул перчатки и надел зеркальные очки.
— Ja, ja. Так ты идешь?
Сол встал и посмотрел в окно. У входа в ресторан притормозил зеленый фургон. Он повернулся и вышел на улицу вслед за Дженсеном Лугаром.
За Джермантаун-стрит тянулись узкие кривые переулки. Когда-то высокие обшарпанные здания, обрамлявшие их, вероятно, выглядели довольно симпатично — некоторые из них напомнили Солу узкие фахверковые дома Амстердама. Теперь же они превратились в перенаселенные трущобы. Крохотные магазинчики и деловые конторы, наверное, когда-то были центром общественной жизни — гастрономчики, бакалейные лавки, семейные обувные мастерские. Теперь в их витринах рекламировались дохлые мухи. В некоторых разместились дешевые квартирки; в одной такой витрине стоял чумазый мальчик лет трех, прижавшись лицом и грязными руками к стеклу.
— Что вы имели в виду, когда говорили, что «играете» с Барентом? — Сол оглянулся, но зеленого фургона не заметил. Хотя это ничего не значило — Сол не сомневался, что они находятся под наблюдением. Ему же нужно было лишь одно — найти оберста.
— Мы играем в шахматы. — Лугар повернулся к нему лицом, и Сол увидел собственное отражение в зеркальных стеклах его очков.
— А ставки — наши жизни, — добавил Сол. Он мучительно пытался придумать способ, как заставить оберста выдать свое местонахождение.
Лугар рассмеялся, обнажив крупные белые зубы.
— Нет-нет, моя маленькая пешка, — возразил он на немецком. — Ваши жизни ничего не значат. Ставки определяет тот, кто устанавливает правила игры.
— Игры, — автоматически повторил Сол. Они перешли на другую сторону улицы. Она была пустынна, если не считать двух толстых негритянок, выходивших из прачечной за несколько кварталов от них.
— Наверняка тебе известно о Клубе Островитян и его ежегодных играх, — голосом оберста проговорил Лугар. — Герр Барент и эти остальные трусы испугались принять меня в игру. Они знают, что я потребую вести ее с большим размахом. Который соответствовал бы Игре… Ubermenschen. Суперменов по-вашему.
— Вам не хватило этого во время войны? Лугар снова осклабился.
— Ты все время норовишь спровоцировать меня. Глупое занятие. — Они остановились перед шлакобетонным зданием неопределенного назначения рядом с прачечной. — Мой ответ — «нет»! Мне не хватило того, что было во время войны. Клуб Островитян считает, что может претендовать на власть лишь в силу того, что оказывает влияние на государственных деятелей, народы, экономику. Влияние! — Лугар сплюнул на тротуар. — Когда я буду диктовать условия игры, они узнают, чего можно достичь с помощью настоящей власти. Мир — это шмат гнилого, изъеденного червями мяса, пешка. Мы очистим его огнем. Я покажу им, что значит играть армиями, а не жалкими суррогатами. Я покажу им, как с потерей одной фигуры разрушаются целые города, как по прихоти Игрока уничтожаются или становятся рабами целые народы. И я покажу им, что значит вести эту Игру в масштабах земного шара. Мы все умрем, пешка, но вот чего герр Барент не понимает, так это то, что миру вовсе незачем существовать после нас. После нас — хоть потоп!
Сол замер с широко раскрытыми глазами. Холодный ветер продувал его до костей, он весь продрог и от него, и от этих слов.
— Ну, вот мы и пришли, — произнес Лугар и достал связку ключей, чтобы открыть дверь какого-то неказистого дома, возле которого они остановились. Он вошел в темную, затхлую прихожую и жестом пригласил за собой Сола. — Ты идешь, пешка? Сол нервно сглотнул.
— Вы еще более безумны, чем я думал, — прошептал он.
Лугар кивнул.
— Возможно. Но если ты пойдешь со мной, ты сможешь продолжить игру, увы, не ту, которая будет вестись-с большим размахом. В ней тебе места не найдется. Но твоя неизбежная жертва даст ей возможность состояться. Если ты сейчас пойдешь со мной… по собственной воле… мы удалим эти штучки, которыми снабдил тебя герр Барент, и ты сможешь продолжать служить мне как верная пешка.
Сол некоторое время
