Никак не ожидал Томас Питт обнаружить такую находку в районе Блюгейт-филдс, этой лондонской клоаке. Нет, покойников здесь хватает, и полиция натыкается на них часто. Но на сей раз… В здешнем подземном коллекторе обнаружен утопленник-подросток.
Авторы: Перри Энн
слов недостаточно, но не мог больше ничего добавить. — Ну, на самом деле Джером действительно меня трогал. Я тогда не придал этому никакого значения. Все произошло очень быстро, вроде бы случайно. Но папа объяснил, что Джером поступил очень плохо, что все это имело совсем другой смысл, — но я на самом деле ничего не понял, а папа ничего не стал объяснять. Я совсем не смыслю в таких… в таких вещах! Все это просто ужасно — и очень глупо. — Титус напряг мышцы, отстраняясь от молодой женщины.
Та сразу же отпустила его.
Шмыгнув носом, он заморгал; внезапно к нему вернулось чувство собственного достоинства.
— Раз я солгал в суде, миссис Питт, меня посадят в тюрьму? — Титус стоял неподвижно, словно ожидая, что с минуты на минуту в дверь войдут констебли с наручниками.
— Вы не солгали, — искренне заверила его Шарлотта. — Вы сказали то, что считали правдой, но это было превратно истолковано, поскольку у всех уже сложилось определенное представление, и они подстроили под него ваши слова, даже несмотря на то, что вы имели в виду совсем другое.
— Я должен сказать суду правду? — У Титуса задрожала верхняя губа, и ему пришлось прикусить ее, чтобы совладать со слезами.
Шарлотта молча ждала.
— Но мистеру Джерому уже вынесли смертный приговор. Его повесят. Я попаду в ад?
— Вы давали показания в суде, рассчитывая на то, что Джерома повесят за преступление, которое он не совершал?
— Нет, конечно же! — в ужасе воскликнул мальчик.
— В таком случае вы не попадете в ад.
Титус зажмурился.
— Наверное, я все равно должен буду рассказать правду. — Он старательно избегал смотреть Шарлотте в лицо.
— Я считаю, что с вашей стороны это будет очень мужественный поступок, — чистосердечно сказала та. — Это будет поступок настоящего мужчины.
Открыв глаза, Титус посмотрел ей в лицо.
— Вы правда так думаете?
— Да, правда.
— Все разозлятся, да?
— Вероятно.
Вскинув голову, Титус расправил плечи. Сейчас он был похож на французского аристократа, готового подняться на эшафот.
— Вы проводите меня? — спросил мальчик, и его вопрос прозвучал так, будто он приглашал Шарлотту к обеденному столу.
— Конечно.
Она оставила перо и бумаги на столе, и они вместе прошли в гостиную.
Мортимер Суинфорд стоял спиной к камину, согревая ноги. Он загораживал собой почти весь огонь. Эмили не было видно.
— А, вот и вы, Шарлотта, — быстро произнесла Калланта. — Титус… заходи. Надеюсь, он вам не слишком мешал. — Она повернулась к стоящему перед камином мужу. — Это миссис Питт, сестра леди Эшворд. Шарлотта, дорогая, кажется, вы еще не знакомы с моим мужем.
— Здравствуйте, мистер Суинфорд, — холодно произнесла Шарлотта. Она не могла заставить себя проникнуться теплыми чувствами к этому человеку. Быть может, с ее стороны это было несправедливо, но в ее сознании именно он олицетворял судебный процесс и, как теперь выяснялось, несправедливый приговор.
— Здравствуйте, миссис Питт. — Чуть склонив голову, Суинфорд не двинулся от камина. — Вашу сестру срочно вызвали. Она уехала вместе с леди Камминг-Гульд, но оставила для вас свой экипаж. Титус, чем ты занимаешься? Разве ты не должен учить уроки?
— Папа, я скоро вернусь. — Сделав глубокий вдох, мальчик перехватил взгляд Шарлотты, медленно выдохнул и повернулся к отцу: — Папа, я должен сделать одно признание.
— Вот как? Полагаю, Титус, сейчас не время для этого. По-моему, не следует смущать миссис Питт, раскрывая при ней наши маленькие семейные тайны.
— Она уже все знает. Я солгал. Правда, я тогда не сознавал, что это ложь, поскольку не совсем понимал… не совсем понимал, что произошло на самом деле. Но из-за моих слов, которые являются неправдой, могут повесить одного невиновного человека.
Лицо Суинфорда потемнело, он весь внутренне напрягся.
— Невиновных людей не вешают, Титус. Не представляю, о чем ты говоришь. Думаю, тебе лучше обо всем забыть.
— Я не могу, папа. Я сказал эту ложь в суде, и мистера Джерома повесят, в том числе и из-за моих показаний. Я думал…
Суинфорд резко развернулся к Шарлотте. Его глаза вспыхнули, толстая шея побагровела.
— Питт! Мне следовало бы догадаться! Вы такая же сестра леди Эшворд, как и я! Вы жена этого проклятого полицейского — ведь так? Вы обманом проникли в мой дом, солгали моей жене, выдавая себя за ту, кем не являетесь, потому что вам хочется устроить скандал! Вы не остановитесь до тех пор, пока не раскопаете то, что уничтожит всех нас! И вот теперь вы убедили моего сына в том, что он совершил какую-то подлость, тогда как на самом деле бедный ребенок лишь показал под присягой то, что произошло с ним на самом
