Уж эти мне мужчины

Сергеевич. – А где же охрана?
– Тоже исчезла, – сказал Волк.
– Но что произошло? На охрану напали? Их убили? Захватили в плен? – продолжал спрашивать Стрелок.
– Я знаю не больше тебя, – мрачно сказал Махмуд. – Но у меня есть кое-какие соображения.
– Может, поделишься со мной?
– Генсек! – злобно рявкнул Волк. – Уверен, что это дело рук Родина.
– Не знаю, не знаю, – покачал головой Дмитрий. – Не думаю, что тут замешан Родин. Сначала надо понять, что именно произошло. У тебя есть хорошие следопыты?
– Ты прав! – согласился Дарасаев, хлопая в ладоши. – Эхтибар! – позвал он.
– Я здесь, командир!
– Заложники сбежали. Проверь по следам, сколько человек здесь побывало, что произошло и давно ли они ушли, – скомандовал Волк.
– Слушаюсь, командир!
– Эй! Никому не двигаться! Не мешать Эхтибару, не затаптывать следы, – крикнул Дарасаев своему отряду.
Десять минут спустя Эхтибар подошел к Волку.
– Командир! Здесь не было чужих! – отрапортовал он. – Следы Шамиля ведут вниз. Думаю, он отправился в аул. Заложники и Азиз пошли в другую сторону, к границе с Кабардино-Балкарией. Думаю, что они ушли час-полтора назад.
– Надо же, мы разминулись, – сплюнул на землю Махмуд. – Мы же как раз пришли из Кабардино-Балкарии. – Ты сможешь выследить их? – обратился он к Эхтибару.
– Если пойдут по земле – да, а если по камням – нет. Тут без собаки не обойтись. Но они же не дураки, наверняка по камням пойдут.
– Сделай что можешь, но найди их! – скомандовал Волк. – Отряд, за мной!
Генсек пристально посмотрел на Рябого. Рябой поежился под его взглядом.
– Судя по радостному выражению твоего лица, ты напал на след маркиза, – предположил Родин.
– Вы напали на его след еще раньше, – улыбнулся Рябой.
– Ненавижу загадки! – раздраженно рявкнул Генсек. – Твой смертный приговор я пока еще не отменял, так что излагай то, что хочешь, четко и ясно, без всяких лирических отступлений.
– Есть, – по-военному отрапортовал Рябой. – Помните, вчера вечером к вам в ресторане подходил молодой человек?
– Ближе к делу! – напомнил Леонид Борисович.
– Так вот, этот молодой человек на самом деле вовсе не мужчина, а та самая девушка-блондинка, которая исчезла из гостиницы вместе с маркизом.
– Что? – недоверчиво переспросил Генсек. – Что ты городишь?
– Что слышали! – в порыве энтузиазма не слишком вежливо ответил Рябой. – Маркиз и парень, который жил в смежном номере с девушкой, тоже были в ресторане вместе с ней, но они-то как раз были переодеты женщинами, маркиз – брюнеткой, а парень – шатенкой.
– Ты, часом, не бредишь? – осторожно поинтересовался Родин. – Я знаю, что человек, чтобы сохранить себе жизнь, на многое готов, но чтобы выдумать такое – это же ни в какие ворота не лезет.
– Но все это правда, клянусь могилой матери! – с жаром воскликнул Рябой.
– По-моему, твоя мать жива, – припоминая, наморщил лоб Генсек.
– Ну тогда могилой отца, какая разница! Отец-то давно от цирроза помер, печень подвела, – захлебнулся словами Рябой.
– Какое мне дело до печени твоего отца-алкоголика! – разозлился Леонид Борисович. – Говори, как ты вышел на маркиза!
– Ну так я и рассказываю! – с готовностью откликнулся Рябой. – Я решил проследить за испанским журналистом, приятелем маркиза, и пришел за ним в ресторан «Серебряная пуля». Там я и увидел, как журналист танцевал с брюнеткой в красной блузке, которая на самом деле была переодетым маркизом, а потом девушка, переодетая парнем, которая сидела за столиком с маркизом, переодетым девушкой, подошла к вам. То есть тогда я еще не знал, что это была девушка, переодетая парнем, я думал, что это настоящий парень, и я также думал, что девушка, которая танцевала с журналистом, была обычной девушкой, а не маркизом…
– Ты хочешь, чтобы я убил тебя прямо сейчас! – взорвался Родин. – Читай по губам: как ты нашел маркиза? Отвечай кратко и внятно.
– Так я же и говорю, – обиделся Рябой. – Когда журналист вышел из ресторана и взял такси, я незаметно поехал за ним. Он остановился у небольшого частного домика, отпустил такси, а потом на порог вышла та самая брюнетка в красной блузке, с которой он танцевал, и заговорила с ним по-испански мужским голосом. То есть я думаю, что она заговорила по-испански, сам-то я испанского не знаю, но это был точно не английский. Потом они вошли в дом, я стал подглядывать в окошко, там штора была неплотно задернута. В комнате были все – две девушки, парень и журналист, – а потом девушки и парень сняли парики, и я узнал нашу троицу, сбежавшую из гостиницы.
– А ты точно не выдумываешь? – вновь недоверчиво спросил Генсек.