Узкое место

в воздухе не менее четырех часов. За это время они должны вскрыть контейнеры, прикрепить ордена к театральным костюмам и заколотить ящики, будто их и не трогали. А для этого им нужны монтировки, молотки, гвозди. Боюсь, что сражение мы проиграли.
— Надо спрятаться в сортире, пока нас не засекли, — предложил Влад. — Более надежного места здесь нет.
Метелкин перекрестился:
— Вся надежда на Журавлева.

Кажется, у них начинался роман. Так, во всяком случае, считал Плотников. Из зала прилета на стоянку они вышли под ручку. Настя вскружила голову деятелю культуры, и сердце его трепетало.
— Берем такси? — спросил он. — Кстати, можем успеть заехать ко мне домой на чашечку кофе. У нас вагон времени.
— Какой ты нетерпеливый. Не считай меня ветреной девчонкой. Отношения требуют выдержки, проверки. Мимолетного взгляда мне мало. А в город мы можем заехать. Посидеть в уютном ресторанчике, выпить шампанского.
— Хорошо. Готов потерпеть. Но мои чувства к тебе не изменятся. Идем на стоянку.
— Зачем? Я давно уже не катаюсь на такси. Разве ты не знаешь, скольких девушек из нашего бизнеса похищают, и они исчезают навсегда. У меня есть и машина, и шофер, и телохранитель.
Не успела она это сказать, как возле них остановился белый «Мерседес». Из машины вышел капитан Сухоруков, выряженный в голубой костюм и бабочку. Выглядел он нелепо.
— С прибытием, Анастасия Викторовна, — сказал он, открыв заднюю дверцу.
— Садись, Ваня.
Плотников был приятно удивлен. Вот что значит настоящая топ-модель.
Они устроились на заднем сиденье, и машина поехала на Петровку, в Главное Управление внутренних дел.

С пилотами шли еще двое. Экипаж и странная парочка прошли вперед, а командир остановился возле молодых людей, сидящих на боковых сидениях.
— Сопровождающие?
— Да, — ответил рыжеволосый и подал летчику бумаги. Он их просмотрел и вернул назад.
— Полагается не более двух человек на один груз. Вас четверо.
Сидящий рядом здоровяк подал другие бумаги.
— Все правильно, командир. Мы сопровождаем лес для французов, а эти ребята — контейнеры. В бумагах все прописано.
Документы были подлинные, не придерешься.
Журавлев и Анна прошли в кабину пилотов.
— Скоро вылетаем? — спросил рыжий.
— Скоро. Как только дадут полосу, — ответил командир, возвращая бумаги.
— Ты видел эту бабу? — спросил рыжий у соседа.
— Видел. Стюардесса нам вроде ни к чему.
— Я тебе больше скажу. Это артистка из московского театра. Теперь я узнал ее. И в шашлычной она нам на глаза попалась. Вижу, рожа знакомая. Но не среагировал. Вроде бы что ей делать на шоссе под Екатеринбургом? А сейчас понял. Слишком много совпадений. Мне это не нравится.
Здоровяк достал из кармана крестообразный ключ.
— Этой железкой можно открыть кабину пилотов, если они запрутся. Запасной аэропорт — в Казани. Там нас ждет резервная машина на случай непредвиденных обстоятельств. Заставим их сесть в Казани. За груз мы головой отвечаем, рисковать не будем.
— Ладно. Когда взлетим, видно будет. Пока мы на земле и трап не убран, лучше не рыпаться.
Пилоты заняли свои места.
— Он меня узнал, — шепнула Анна на ухо Вадиму.
Журавлев обратился к командиру:
— Соедините меня с диспетчером.
— Хорошо.
Он настроил связь и передал наушники с микрофоном пассажиру.
— Чего еще вы хотите? — спросил диспетчер.
— Мне нужен спецназ. Человек восемь с оружием. На борту четверо подозрительных типов. Я уверен, что они вооружены и очень опасны. Имеют на руках документы сопровождающих груз. Если их не удастся снять, что в общем-то и не требуется, то спецназ должен лететь с нами в Москву. Свяжитесь с Главным Управлением милиции Российской Федерации. Генерал Черногоров подтвердит мою просьбу и в случае необходимости даст распоряжение местному начальству. Поторопитесь, пока не убран трап.
— Этого нам еще не хватало. Вас понял. Выполняю приказ.
Командир экипажа приоткрыл рот:
— Так ты что, Дик, опер? С Петровки? А я думал, что ты мелкий контрабандист, золотишко, купленное у старателей, перевозишь.
— Почти угадали. Только не мелкий. За то «золотишко», что мы везем, предлагают миллиарды долларов. А мне очень не хочется его продавать французам, немцам, шведам, англичанам. Пусть пока у нас побудет.
— И все это в нашем самолете? — выпучив глаза, спросил штурман.
— Конечно. Видите, какая ответственность на вас лежит. Мы миллиардеры. Во всяком случае, пока груз не скинем в Москве.
Самолет тряхнуло.
— Что это? — испугалась Анна.
— Машина спецназа