Узкое место

она не вызовет никаких подозрений. Как видите, и с данной задачей мы справились. Вам остается главное: вручить Вашенскому копию вместо подлинника. Это должно произойти только тогда, когда вы поймете, что все позади и дело выиграно.
В апартаментах повисла пауза.
— По логике вещей вроде бы все сходится, — заметил Метелкин. — Но Вашенский и Леру тоже не лыком шиты.
Толстяк с тяжелыми веками покрутил перстень на мизинце и, разглядывая его, сказал:
— Евгений Михайлович, вам и вашим друзьям предложен гонорар с шестью нулями. За такие деньги можно постараться. Но будьте осторожны. Малейшее дуновение ветерка, и карточный домик развалится.
— Я все понимаю. А теперь объясните мне, как я сам смогу отличить оригинал от копии. Причем мне нужно суметь это делать на ощупь и даже в темноте.
— Это просто. Не давайте им в руки коробки. Одна покрыта бархатом, мягким и нежным, а вторая сделана из замши. Ее поверхность немного шероховата. На взгляд это не определишь. А теперь об орденах. Достаньте первый.
Все четверо сгруппировались вокруг стола.

Все тот же садик во дворе знаменитой высотки. Все те же лица, неторопливо прогуливающиеся вокруг клумбы и тихий разговор. Никаких эмоций — ни восклицаний, ни жестов. Престарелый генерал, похожий на дворецкого из королевского дома, и молодой мужчина, которому очень пошел бы мундир офицера лейб-гвардии Его Величества.
— По своим каналам я узнал, что идея театрального конкурса принадлежит не Министерству культуры, а коммерческому банку «Новая Россия», — глядя себе под ноги говорил генерал. — Министерство культуры притянуто за уши и выполняет кое-какие организационные функции. Все финансовые вопросы взял на себя банк. Но речь идет о театральном конкурсе, а не о фестивале в целом. Банк относительно молодой, ему чуть больше года. Грудной ребенок, можно сказать. Занимается биржевыми спекуляциями и не очень заботится о своей репутации. Такие банки долго не живут и быстро лишаются лицензий. Как правило, за ними стоят более мощные банки, которым нельзя портить свой имидж и они лепят карточные домики для проведения двух-трех акций с крупным оборотом средств, а потом их детище терпит крах. Либо объявляют себя банкротом, либо лишаются лицензии. Как правило, без особого шума.
— Значит, банк «Новая Россия» всего лишь вывеска? — спросил Журавлев.
— Все офисы арендованы. Своего они ничего не строили, и терять им нечего. Вкладчиков банк не имеет. Они не связываются с населением, зная, что самоуничтожение должно быть быстрым и безболезненным! Настоящие финансисты так не работают. Но не будем лезть в эти дебри. За спиной банка может стоять кто угодно. Речь идет о людях, имеющих крупный капитал и готовых пойти на риск
ради большего капитала, либо проиграть, имея не слишком значительные потери. Своеобразная рулетка, когда вы приходите в казино с определенной суммой, которую не жалко потратить на удовольствие. Директор банка, как правило, подставное лицо. Марионетка. Но на всякий случай занесите его в свой реестр. Башмаков Валерий Юрьевич. Закончил «Плешку», работал в Министерстве финансов, потом перешел на биржу и впоследствии работал в ряде коммерческих банков. Тридцать шесть лет, женат, двое детей и любовница. Стандартный набор современного преуспевающего московского менеджера. Кстати. Его любовница, актриса московского театра, играет молодую Екатерину Вторую. Зовут ее Львова Анна Андреевна. Тридцать два года. Примадонна театра. И она собирается на гастроли в Куйбышев.
Итак. Банк предложил министерству присоединиться к фестивалю в Куйбышеве, назвать постановки соответствующей тематики и придумать призы. Министерство не посмело отказаться. В разных регионах выбрали театры, где ставились исторические спектакли без элементов авангарда. В списки попали девять театров, среди которых один московский и один ленинградский. В Министерстве культуры куратором конкурса стал некий Плотников Иван Федорович. Несостоявшийся режиссер. Это вам для справки. Теперь важная деталь. Нам известно, что костюмы, ордена и шпаги заказывали в мастерских Аркадина. Раньше он не выполнял заказов для театров. Его мастерскими, как мы знаем, пользуются коллекционеры и музеи. Кто направил директоров театров Москвы и Ленинграда к известному мастеру? Мало того что такие заказы стоят огромных денег и не смогут себя окупить, но еще надо знать о существовании этих мастерских, работающих на очень узкий круг лиц и нигде не афиширующих свою продукцию. Зачем меценату платить за представление большую сумму, чем оно может принести? Престиж? Вспомним, что банк плохо заботится о собственном престиже. А теперь маленькое отступление.