Узкое место

имелся один ребенок, а не два, и такую информацию легко получить. Мы с тобой знамениты на весь мир. Вот только мало кто верит немецким мемуаристам и детективам Метлицкого. Но один человек поверил. Поверил, а потом проверил. Ты ведь не престарелая пенсионерка, живущая в затворничестве, а хозяйка крупнейшей в Европе антикварной торговой сети, человек светский и всем известный, хоть и выступаешь от лица своей несуществующей сестры. Думаю, о тебе можно собрать много информации, было бы желание. Другое дело, что желаний ни у кого не возникало, пока ты не попала в поле зрения своего нынешнего партнера. И он выяснил все, что ему надо, а уж потом пришел к тебе с нужным и выгодным предложением. Ему не требовалось копаться в архивах ФСБ, чтобы выяснить подробности обо мне и возможную связь между тобой и мной. Отправляясь в Россию, я понимал, что его очередной псевдоним и адрес ничего не дадут. Куда важнее было выяснить, кто он на самом деле и попытаться разгадать его истинный план, а не тот, который предложен тебе. — И ты добился результатов?
— А как ты думаешь, я зря прожил в России целый год? Добился. Надо осознавать главное. Твой партнер — русский, рожден в России и очень хорошо знает ее законы и нравы. Прекрасный психолог и аналитик, стратег и авантюрист высшей категории. Не боится силовиков. Он ничего не боится, потому что все делает чужими руками. А главное, идет на большие затраты. Тут возникает законный вопрос — выгодна ли ему сделка с тобой. Ты предлагаешь ему половину от возможной прибыли. Для него такая игра не стоит свеч. Он заберет себе все.
— Как? Только я знаю имена покупателей, способных заплатить за коллекции настоящую цену.
— Если ты послала меня следить за ним, то почему он не мог послать кого-то следить за тобой.
— Но этого мало.
— Выставка с восковыми фигурами — его идея?
— Да. И она сыграла свою роль. Я наладила связи, нашла клиентов…
— Вот именно. А если его люди сопровождали твою выставку и фиксировали посетителей? Не сложно впоследствии сделать отсев и вычислить потенциальных покупателей. К тому же ты передала ему списки тех, кто получал из рук русских царей награды и какие именно. А это значит, что ты нашла потомков тех самых вельмож. Остается сверить списки посетителей выставок со списками потомков, живущих за рубежом.
— Непосильная задача для русского. Пусть даже у него здесь имеются связи, но чтобы заниматься такой кропотливой работой, надо здесь жить. А у него в России дел хватает. Вряд ли он имеет в Европе крупную шпионскую сеть, чтобы охватить такие территории.
— Охватывала и осваивала территории ты, а сеть он приготовил для тебя. Не сеть, а целый невод и им накрыл результат твоих стараний.
— Хватит крутить, Юрий. Мне надоели игры в кошки-мышки. Говори по существу.
— Я пришел к выводу, что русский аферист такого масштаба и таланта, никогда не попадавший в поле зрения правоохранительных органов, не мог оставаться всю жизнь в тени. Где-то он должен был оставить свой след. Я исследовал сотни крупных скандальных дел, ставших достоянием гласности. Мало того, меня интересовали аферы, в которых принимали участие и европейские авантюристы, а может быть, заказчики. И я наткнулся на такую аферу. Феноменальная операция. Речь идет о знаменитом ожерелье грузинской царицы Тамары. Слышала о таком?
— Что толку. Оно принадлежит потомкам графа Ростопчина и хранится в банке за семью печатями. По традиции его достают только на свадьбу, когда очередной отпрыск Ростопчиных женится или выходит замуж. Невеста надевает его в день венчания.
— Великолепно. Пожалуй, ты знаешь все о главных ювелирных раритетах мировых сокровищниц. Так вот. Три года назад хранительница ожерелья графиня Екатерина Ростопчина, живущая в Ницце под фамилией своего покойного мужа Пуартье, выходит замуж во второй раз, за русского предпринимателя Чарова Геннадия Устиновича. Они венчаются.
— Повторное венчание невозможно.
— В католической церкви. А в православной нужно высочайшее разрешение. И Чаров его получил. Невеста надела на шею ожерелье. Чаров оформляет двойное гражданство, берет фамилию жены, получает французский паспорт. Вскоре жена Чарова, Екатерина Пуартье, урожденная Ростопчина, погибает при странных обстоятельствах. В это время муж ее находился в России, у него стопроцентное алиби. Все наследство Ростопчиных переходит к нему и недвижимость тоже. Не проходит и года, как вдовец вновь женится. На русской. Венчаются они в России, таково условие невесты. Дело в том, что по завещанию графа Ростопчина ожерелье может покидать сейф банка только на день венчания. Но там ничего не сказано, где оно должно проходить. Ожерелье под усиленной охраной привозят в Россию совершенно официально.