Узница

отписал его на Марину, может послужить дополнительным обвинением в ментальном вмешательстве, потому что кто еще, будучи в полном уме и памяти, согласится составить такое завещание, обделив остальных членов семьи? Теперь ответь, как ты будешь взламывать ее разум? Несмотря на свою довольно независимое положение, ты все равно подданный короля. Или объявишь, что она драконица? Как думаешь, что захочет сделать король, учитывая, что драконов не видели веками, а про новый мир мало кто в курсе?
— Нет. Эрик, как ты не понимаешь? Я нашел брачное соглашение, и оно в ее пользу. Я же тебе все рассказал. А у Марины только пробуждается магия. Заставь ее взаимодействовать с источником и неизвестно, чем все закончится.
— А ты тогда для чего? — усмехнулся глава СБ. — Только тьма способна уничтожить стихии, успокоить магию Марины и защитить ее саму. Мы уже убедились в этом. А соглашение нам сейчас ничем не поможет, только добавил поводов. Ты понимаешь, что на основании всех улик, послезавтра я смогу вынести только обвинительное заключение. У нас нет других подозреваемых. Или Эдриана собираешься привлечь? Леди Лиреллу? А из Гроссов в живых остались только они вдвоем, ну если не брать Сайласа. Но он всего лишь второй муж Лиреллы, так что в расчет его не берем.
Рид скрипнул зубами. Он прекрасно понимал и признавал объективность слов Страйгера, но страх за Марину сводил с ума и требовал, чтобы он и не вздумал рисковать ею. Первоначальный план заключался в том, что разбор полетов будет происходить в СБ. Понадобилась бы всего лишь одна небольшая провокация, чтобы упечь Гроссов в Цитадель одного за другим. А теперь все переиграли? И предлагают ему одному обеспечивать защиту? Нет, он справится, сомнений нет, пусть и будет сложно. Но сам факт, чтобы подвергнуть его узницу риску после всего, что ей пришлось уже испытать?
— Вы не собираетесь ей ничего говорить? — прищурился он.
— Нам нужен выплеск магии, — категорично заявил Страйгер. — У Марины это происходит при эмоциональном напряжении. Шеддар подготовил заклинание, которое покажет на убийцу, но будет только одна попытка. Так что да, она узнает обо всем только в замке. Но мы с тобой будем с ней рядом и сможем позаботиться. По понятным причинам, Шеддара я не могу привлечь.
— Должен быть другой способ, — упрямо возразил Рид.
— Его нет. И закончим на этом.
Аркен смотрел на друга и ненавидел его. Понимал его правоту, но принять ее не мог. Едва сдерживал тьму, не давая ей поглотить все вокруг, и молчал. Добровольное оцепенение сковало тело, удерживая дар, не позволяя трансформироваться, а разум отчаянно пытался найти выходи из ситуации и не находил.
— Ты одновременно уничтожишь всех ее врагов, — заметил Шеддар. — Не об этом ли ты мечтаешь?
Повернув голову и посмотрев на оборотня, Рид словно очнулся. Неожиданно он осознал, что перед ним сидит демон. В какой-то мере они одной крови, а значит Шеддар понимает его очень хорошо. В глазах кота виднелись боль, фатальная неизбежность, сожаление и понимание. И Аркен понял, что этот безумный план — его идея. Для демонов рискнуть всем, чтобы получить еще больше, было в порядке вещей. И неважно, о чем шла речь: деньгах, власти или человеческих жизнях. Пожертвовать малым, чтобы спасти большее. Все или ничего. Категоричность, жесткость, решимость. А еще… бесконечная вера в тех, кого они считали своим. Пара, семья, друзья. Демоны не разбрасывались такими понятиями, и тем более не отдавали вои сердца тем, кого считали недостойными. Рид любил Марину, но поверить, что она достаточно сильна, оказалось сложнее, чем можно было предположить. А ведь она дракон… Самое могущественное существо в их мире. Быть сильной ее судьба. Но тогда почему ему так хочется, чтобы это стало его долгом?
— Пусть будет так, — Рид резко поднялся, в одну секунду открыл портал и покинул СБ. И плевать, что открывать портал в кабинете СБ считается невозможным.

Проснувшись, я потянулась и улыбнулась. Отдохнувшая, выспавшаяся, вполне довольная жизнью и, наверное, счастливая. Для полного счастья не хватало мгновенного решения всех проблем, селезня под боком, разбудившего бы меня поцелуем, а еще чашки горячего кофе. Ну и круассанов…
Приоткрыв один глаз, кажется, у меня это начинает превращаться в привычку, я поняла, что благополучно осознала, что ночевала сегодня у Рида, а предмет ночных, а еще немного и дневных фантазий, сидит на кровати и смотрит на меня. Так, надо быть осторожнее со своими желаниями. Первый пункт исполнился, пусть и с небольшими поправками.
— Доброе утро, — радостно заявила ему, натянув одеяло повыше и сев на кровати.
Как говорится, поводов для возмущения особо