Узница

что этот «мальчик», который на самом деле нифига не мальчик, мой тюремщик, вносил свою пряно-острую нотку и будоражил нервы. И если так подумать, опять же с учетом его внешности и харизмы, я бы вполне могла им увлечься, вот только… Он был долбаным адским селезнем и здравый смысл вполне успешно взял вверх над эмоциями.
— Пример нелогичности можно услышать? — поинтересовалась я.
— Насчет несознательности согласны?
— Вся моя жизнь сплошная несознательность, — скривилась я, на удивление осознавая, что успокоилась и больше не желаю все разгромить. — А еще у меня полоса невезения.
— Просто надо отвечать за свои преступления. Все имеет свои последствия, — лениво протянул он. — Скажите, леди Гросс, зачем вы убили своего мужа?
— Я никого не убивала.
— А я думал, что вы не помните этого, — усмехнулся он.
— Даже не помня этого, я совершенно точно знаю, что не могла убить. Впрочем, я об этом уже говорила и неоднократно. А вообще… — глубоко вздохнув, я потребовала. — Отпустите меня.
Как ни странно, но Аркен послушался. Мгновение и я была свободна, а Рид устраивался в кресле. Взял пакет с орешками, заглянул внутрь и скривился.
— Закончились, — с искренней печалью вздохнул он, а затем пустой пакет рассыпался черной палью в его руке. — Надо будет еще купить.
Я смотрела на него и поражалась. Неужели существуют на свете такие экземпляры? Казалось, он переключает свои чувства, эмоции и поведение, словно каналы пультом, хотя одно было несомненным — все направлено на получение удовольствия. Правда, исключительно собственного. А еще, на работу это никак не влияет. К моему несчастью, его работа заключалась в том, чтобы доказать мою вину. А значит, доказывать невиновность придется самостоятельно. Вот такая вот презумпция невиновности…
— Итак, я обвиняемая? — как можно спокойнее уточнила я.
— Пока подозреваемая, если быть точным, — да он педант, оказывается, правда и этот режим включается, когда ему это нужно. — Впрочем, учитывая обстоятельства дела, вы правы, леди Гросс, скоро у вас будет именно этот статус.
— Ладно… Итак, я в другом мире, где есть магия, — не знаю, зачем я снова уточнила и это.
— Кажется, мы уже это обсудили, — насмешливо сказал он.
Подавив вспыхнувший порыв злости, я вдруг осознала, что он сидит, а я стою перед ним навытяжку, словно школьница перед учителем в ожидании выволочки за несделанное домашнее задание. Надо было срочно поменять распределение ролей в этом спектакле. Ну, насколько это было возможным. Так что, я прошла к креслу напротив, где несколько часов назад дремал Страйгер, села в него и закинула ногу на ногу. Взгляд зацепился за туфли, и я на мгновение нахмурилась, осененная очередной догадкой. Судя по всему, моя обувь выполнена при помощи магии, но сейчас не стоит на это отвлекаться.
Интерес Аркена, особенно когда его взгляд остановился на моих ногах, я заметила, но реагировать не стала. Еще неизвестно, чем для меня обернется интерес моего же тюремщика. Пока же надо выторговать себе условия и выяснить все, что известно адскому селезню.
— Мне до сих пор сложно в это поверить, — как можно спокойнее сообщила я. — Но я не могу игнорировать очевидные вещи, в этом вы правы. Конечно, у меня множество вопросов, но также очевидно, что на первое место выходят связанные с моим обвинением.
— Я почти готов забрать обратно слова о нелогичности, — заметил он. — Продолжайте, леди Гросс.
— Тогда я хочу начать как раз с этого. Поверьте, я действительно ничего не помню. Кто такой это Даррел Гросс и чем мне грозит статус его жены?
— Вдовы, — поправил меня Рид, наградив цепким взглядом. Не знаю, что он увидел, но усмешки в этот раз не было. — Итак, лорд Даррелл Гросс. Никакой тайны из этой информации нет, так что не нужды и скрывать. Ваш покойный муж, леди, весьма влиятельный и богатый человек. Тридцать пять лет, умный, удачливый, в родстве с монаршей семьей. В принципе, все его остальные качества вполне можно понять из этой характеристики.
— Что он делал в моем мире? — вырвалось у меня.
— Хороший вопрос, — Аркен одобрительно улыбнулся. — А теперь задайте главный, леди. И оцените мою тактичность, я не стану снова спрашивать, вы убили мужа или нет.
— Почему он женился на мне?
— Вы считаете, что это самый главный вопрос? Что ж, пусть будет так.
— То есть на такой как я нельзя жениться? — несмотря на то, что логикой я понимала мезальянс подобного союза, все же было обидно это слышать.
— Лорд Даррел Гросс не испытывал недостатка в женском внимании. Сами подумайте, холостой глава уважаемого рода, член ковена магов, влиятельный, богатый и вполне привлекательный. Он имел все, что хотел.