Узница

сюрприз. Наряд, который я вчера заботливо расправила и повесила на плечики, в камере отсутствовал. Как говорится, меня опять лишили права выбора.
Присев на кровать, я заметила очертания плоской коробки под тканью платья и туфельки на полу. Чертов Аркен позаботился и об этом. Снова. Покачав головой, я на миг задумалась, зачем он все это делает, но затем запретила своему разуму размышлять над этим. Меня должны волновать другие проблемы, а именно доказательства моей невиновности. Хочет этот Кен волосатый поиграться в куклы, а меня назначил на роль Барби, пусть развлекается. К тому же, надо спокойнее к этому относится. Это в своей прежней жизни я пополняла гардероб самостоятельно, а здесь у меня ни рубля своего нет, ну или что у них тут вместо денег. Так что, придется терпеть. Да и, что греха таить, платье очередной шедевр портного. Двойной слой ткани, причем верхняя чуть прозрачная, отчего через нее просвечивается нижняя из плотного серебристого атласа. Лиф расшит по краю серебром и украшен мелкими сапфирами, а длинные рукава снова из прозрачного шифона, тоже украшенные по низу шитьем, а шнуровка по бокам. Я не совсем понимала, зачем летом такой наряд, но когда взяла платье, то взгляд упал на широкие ленты на запястьях. Догадка озарила уставший разум и вызвала усмешку. Значит, мои кандалы требуется скрыть, хоть ненадолго.
Первой мыслью было оборвать рукава, но… у меня просто не поднялась рука. Я же не варвар какой. Так что, еще раз вздохнув, побрела одеваться, а как только затянула последние ленты, раздался стук в дверь.
Я напряглась, ожидая Аркена, но вошел уже знакомый мне демон… с завтраком. Дымящийся кофе, сливочник, тарелочка с булочками и сдобой, два вида какого-то джема и масло. Поставил и ушел, оставив меня глазеть на все это. Но вспомнив, что Черный плащ тот еще гад и вполне может заявиться вот прямо сейчас, чтобы составить мне компанию, я поторопилась позавтракать. Несмотря на то, что я не привыкла есть с утра, все же запихнула в себя слойку с яблоками и выпила кофе. А потом появился Рид…

— Хорошо выглядите, — заметил он, внимательно оглядев меня.
— Вашими стараниями, — а ведь я не хотела язвить и платье мне нравилось.
Кажется, я становлюсь нервной. Хотя, если так подумать, то обоснуй у меня железный. Сама не понимаю, как до сих пор не истерю и не рыдаю, хотя, на самом деле, должна уже биться в истерике. Что-то затянулось мое состояние аффекта. Что ж, не повезет тому, кто окажется рядом, когда оно меня догонит.
— Но вы не можете отрицать, что у меня хороший вкус, — усмехнулся он.
— Что вы. Платья шикарны. Вот только оплатить еще не значит — создать. Или сами с иголкой всю ночь напролет сидели?
Так, Марина, закрой рот. А то не дай боги сейчас что-то ляпнешь и в итоге пойдешь на встречу с новообретенной семьей в простынке. Надо бы по идее извиниться, но во мне все протестовало против такого.
— Ладно, не будем об этом, — поторопилась сказать я, потому что Рид как-то совсем опасно прищурился, а по губам скользнула улыбка. — Вы сказали, что времени мало, а вы еще должны на меня навесить какие-то заклинания.
— А разве я не сказал? — деланно удивился он. — Пока вы спали, я уже все сделал. Разве вы не почувствовали?
Когда до меня дошел смысл слов, я покраснела. Вот точно покраснела и для того, чтобы убедиться в этом, мне не надо было смотреть в зеркало. Лицо пылало так, словно горело огнем. Это что получается, сон и не сон вовсе? И чертов гот неизвестно сколько времени просидел и… Как я не почувствовала и не проснулась?
— Что именно вы сделали? — выдохнула я.
— Моя дорогая леди Гросс, неужели вы думаете, что я раскрою вам свои секреты?
Он приблизился настолько, что я чувствовала горячее дыхание и то, как меня потряхивало от подобной близости, слегка напрягало. Или не слегка… И все же, адский взгляд я встретила, своего не отвела, а еще сжала кулаки, чтобы случайно не выдать дрожью свое состояние.
— Всегда считала, что если над человеком проводят эксперименты, то испытуемый должен о них знать.
— Оно вам надо? — скучающе поинтересовался он.
— Очень. И в подробностях.
Чертовы мурашки маршировали по телу, сердце билось в груди подстреленной птицей, в животе летали бабочки… А я стояла напротив Аркена и пыталась понять, как прибить весь этот зоопарк вместе с виновником внезапной эпидемии бешенства эмоций. В голову ничего не шло, кроме того, что я все же перечитала фэнтези и любовных романов, раз характеризую свое состояние подобными выражениями. Если так дальше будет продолжаться, дойду до… Мне даже страшно представить, до чего.
— Хорошо, — он улыбнулся. — Я пришел ночью. Вы при этом так сладко спали,