Наш соотечественник Дмитрий Синицын, двадцати лет от роду, поздним вечером засыпая после тяжёлого трудового дня на своём старом диване, даже не мог себе представить, что проснётся в другом мире, да ещё и в другом теле. Оказавшись в другом мире, который очень похож своей природой на Землю, осознаёт, насколько сильно он попал. Доставшееся ему здесь тело оказалось мёртвым.
Авторы: Евгений Алексеевич Гришаев
а ты будешь кивать головой, если я угадаю – предложил кузнец. Деваться мне было некуда, я согласился. – Из храма? Из монастыря? Из города? – на всё я отрицательно помотал головой. – Изгнанник что ли? А, понял, ты сам ушёл – выдал вариант кузнец, на который я согласился. Пусть лучше думает, что я отшельник, потом вопросов меньше будет. – Это ты правильно сделал, нечего там делать. Уж лучше одному по земле ходить, чем в храме за уютное место глотки друг другу грызть. Я, таких свободных как ты, больше уважаю, с вами хоть поговорить нормально можно, даже если ты немой.
Через некоторое время появился Тук-тук, он неожиданно выскочил из кустов и напугал лошадь. Кузнец хотел ударить его кнутом, но я вовремя схватил его за руку.
— Твой что ли пёс? – я кивнул – скажи, чтобы лошадку мою не кусал, иначе я не посмотрю что он твой, сразу ударю. Тук-тук и не пытался её кусать, лошадь его не интересовала и ничем ему не угрожала. Поравнявшись с телегой, он побежал рядом, охраняя и меня, и кузнеца, и его лошадь, от возможного нападения дикого зверя. – Хм, смотри какой понятливый, я бы тоже такого завёл, хорошая охрана для дома, и молчаливая.
Все семь брёвен за один раз кузнец отказался везти, сославшись на то, что телега такой вес может не выдержать. Пока часть брёвен грузили на телегу, кузнец был спокоен, но вот когда он понял, куда эти брёвна нужно везти стал нервничать. Смотрел на меня подозрительно и старался идти с другой стороны телеги, будто опасался нападения с моей стороны. Когда добрались до скал, он вообще стал отказываться везти брёвна дальше, даже за двойную оплату.
— Не пойду дальше, плохое тут место – упёрся кузнец и остановил лошадь. Немного поразмыслив, я решил, что пятьсот метров узкого прохода между скал до берега моря это не такое уж и большое расстояние. Как-нибудь сам брёвна туда дотащу, пусть даже волоком. Кузнец обрадовался, когда узнал, что я не буду заставлять его идти дальше, и после чуть ли не в одиночку разгрузил телегу. Второй рейс прошёл уже спокойнее, кузнец даже облегчённо выдохнул, когда я честно заплатил за проделанную работу. Перед тем как уехать, он посмотрел на меня с жалостью и посоветовал не подходить к воде.
Чтобы переместить брёвна на берег мне потребовалось почти два дня, и сейчас расстояние в пятьсот метров я люто ненавидел. Выложив брёвна на берегу понял, что скрепить их у меня просто нечем, пришлось обратно к кузнецу топать за верёвкой. Отмерять километры ногами мне уже конкретно надоело, стал мечтать о том, чтобы меня кто-нибудь довёз но, увы, никого поблизости не было и я, понурив голову, продолжил топать вперёд, в деревню. Тук-тук всё время был рядом, поддерживая меня морально ну и охраняя от всевозможных опасностей, которые я могу просто не заметить. Одну опасность всё-таки даже он не заметил, это была яма, в которую я угодил ногой и чуть не сломал её. Вот был бы номер, если бы я к кузнецу со сломанной ногой пришёл. С этого момента стал чаще смотреть под ноги, чтобы сохранить кости. Ещё не известно срастутся они или нет, если я залезу в воду.
Кузнец был в кузне, когда я туда наконец-то добрался и, войдя внутрь, сразу показал ему на интересующую меня верёвку.
— Что, опять ехать? – спросил кузнец, увидев меня у двери своей кузни. – Странный ты, приходишь ночью, просишь непонятно что – он положил длинную верёвку на верстак. – Надеюсь, что ты знаешь что делаешь, будет что-нибудь ещё нужно, приходи, только учти, на берег не поеду – заявил кузнец после того как получил серебряную монету за верёвку.
Через два дня плот был готов и спущен на воду. Испытание шло успешно, плот хорошо держал мой вес и вес Тук-тука, вместо которого я использовал камень. Трёхметровый шест доставал до дна даже на приличном расстоянии от берега. Мне бы, конечно, пригодился парус но, немного подумав, решил, что он только мешать будет, да и ветер слишком слаб, чтобы толкать плот вперёд. На обратном пути, когда до берега осталось каких-то двадцать метров, мой шест неожиданно сломался, а плот стал разваливаться. Чтобы не потерять брёвна я спрыгнул в воду и вручную притянул его к берегу. Причина поломки шеста и плота нашлась быстро, она надёжно прицепилась к моей ноге. Это был какой-то новый вид пиявки, размером с полметра и вытянутыми челюстями как у щуки. Зубы естественно тоже имелись в большом количестве. Оторвать от ноги этого монстра получилось только после того, как я его убил. Осмотр плота показал, что в его поломке виноваты товарищи этой щука-змеи, верёвки были перекушены, а на самих брёвнах остались отметины от зубов. С шестом было всё гораздо хуже, его просто перекусили пополам и тот, кто это смог сделать, точно был в несколько раз больше чем эти пиявки. Мне как-то сразу расхотелось лезть в воду, а было надо, тянуло меня туда что-то.
Одно бревно