Наш соотечественник Дмитрий Синицын, двадцати лет от роду, поздним вечером засыпая после тяжёлого трудового дня на своём старом диване, даже не мог себе представить, что проснётся в другом мире, да ещё и в другом теле. Оказавшись в другом мире, который очень похож своей природой на Землю, осознаёт, насколько сильно он попал. Доставшееся ему здесь тело оказалось мёртвым.
Авторы: Евгений Алексеевич Гришаев
уже не видел смысла тащить доску и выбросил её, только вперёд, в монстров, через головы воинов. Доска была достаточно тяжёлой и выбила страйк, снеся со стены не меньше десяти монстров сразу. Воинам такой подход к делу понравился, и в монстров полетело всё, что только под руку попадало, включая тела самих монстров. По стене как газонокосилка прошлась, очистив от монстров всю левую от ворот часть стены. Монстры, конечно, продолжали прибывать, влезая на стену, но их число уже было совсем незначительным, и появившихся быстро сбрасывали со стены, не вступая в близкий контакт. Длина всей стены была приблизительно метров пятьсот, посередине находились ворота, над которыми возвышалась надвратная башня. Сейчас эта башня закрывала собой вид на правую часть стены, и что там происходило, видно не было. Судя по крикам, доносившимся с той стороны, люди сражение там проигрывали. Часть воинов находящаяся сейчас на левой стороне отправились туда на помощь, те, что остались на месте, продолжили сбрасывать монстров влезающих на стену.
Пока все были заняты делом, я решил проверить, что находится в надвратной башне. Чтобы попасть туда, мне пришлось вначале спуститься со стены, потому что в башню вела другая лестница. Всё внутреннее помещение башни представляло собой склад всякого хлама, который особой ценности не имел, а совсем выбросить жалко. Кое-что полезное для себя я всё-таки нашёл, большой кусок плотной ткани, покрытый толстым слоем пыли. Прорезав в центре отверстие для головы, я надел его на себя и затянул поясом, не одежда конечно, но лучше чем ничего.
Тук-тук ждал меня внизу, в сражении он не участвовал, я ему запретил лезть в самое пекло. Освободив его от рюкзака и посоха, поделился с ним найденной тканью, перевязав, как бинтом, те места на его теле, где были видны кости. Потом решил сходить посмотреть, что происходит на правой стороне стены. Драка там была в самом разгаре, с подходом подкрепления ситуация резко изменилась, монстрам уже не хватало сил, чтобы задавить числом. Посмотрев на стену, решил туда не лезть, без меня справятся, используя доски вместо мечей. Стоять в проходе между стен, заваленном трупами, не хотелось, вроде бы и безопасно, но буду привлекать внимание к себе. Кто знает, что в голове у солдат, подумают, что дезертир, и не важно, что до этого завалил, чуть ли не сотню монстров. Я опять поднялся на стену, ту, что была слева от ворот, и где сражения как такового уже не было. Количество влезающих на стену монстров стало минимальным, я бы даже сказал, что они совсем перестали лезть, всего один-два монстра за пять минут. Хотел скромно постоять в стороне и не мешать воинам, но не тут-то было. Ко мне стали подходить, хлопать по плечу, благодарить за оказанную помощь и всматриваться в лицо, пытаясь узнать во мне одного из своих товарищей. Некоторых из воинов я понимал, они говорили на том же языке, что и жители тех городов и деревень, откуда я начал свой путь.
Через некоторое время я услышал крики радости, это воины на другой стороне стены победили монстров. Солдаты, находящиеся на другой стене, тоже оживились и перестали изображать из себя железных истуканов. Ещё через некоторое время наступил самый важный для меня момент, переход через вторую стену. Небо стало светлеть, начинался новый день, до которого дожили далеко не все воины из тех, что защищали стену. Я, стараясь не привлекать к себе внимания, двигался по направлению к открывшимся воротам и слушал, что говорили люди идущие рядом.
— М-да, мало нас осталось от пяти сотен.
— Это да, нам можно сказать повезло, узнать бы как дела в южной крепости, у меня брат там сейчас.
— Говорят, что под стеной коридоры трупами Торнов завалены, кто-то их там просто на куски разрезал.
— Кто резал, тот должен там же и лежать.
— В том то всё и дело, что кроме Торнов там никого нет, а их там десятков пять лежит.
— Эх, видел бы ты, как один воин здесь на стене их бил. Они десятками падали, а, может, и сотнями, что самое удивительное он одними ножами бился. Жаль, что погиб, потом я бы ему даже часть из своей награды отдал.
— Чтобы ты, да отдал? Ни за что не поверю, а воина того я тоже видел и не погиб он, ходит где-то здесь со своим псом.
Я сразу пригнулся, опустив голову, чтобы своим ростом не выделяться из общей массы людей, среди которых появились мирные жители, помогающие раненым. Мы наконец-то добрались до ворот, где образовался затор. Каждому выжившему воину выдавали по туго набитому монетами мешочку, независимо от того, стоит он на ногах, или его несут на носилках. Мне тоже выдали такой мешочек, увидев на моём поясе оружие, которое я не успел отмыть от крови, как впрочем, и самого себя, особенно лицо. Не успел я сделать и десяти шагов после получения денег, как меня окликнули.
