Узник моего желания

жемчуг?
— А, в покоях Уоррика. Это тоже странно. Сторож Томас заметил, что, казалось, леди Беатрис точно знала, где должно быть ожерелье, как будто она сама его туда положила. И все же леди Беатрис сказала, что ты взяла его, потому что ее сестра говорит, что видела тебя в их комнате перед обедом. Ровена затаила дыхание.
— Когда?
— Перед обедом, — ответила Мэри. — Это было, когда они не могли найти свой жемчуг, и они сказали, что видели его за час до того.
— Значит, ближе к обеду, когда они сами видели его в последний раз? — возбужденно спросила Ровена.
— Ну да, они так сказали.
Ровена засмеялась, ее переполняло облегчение. Она обняла Мэри и почти повисла на ней.
— Успокойся, — проворчала Мэри, но видно было, что ей это скорее приятно. — С чего это ты?
— С того, что ты дала мне отдохнуть целый день и никому о том не сказала, и это будет доказательством моей невиновности.
— Не вижу — как, но я рада такое слышать, потому что стража все еще ищет тебя. Не понимаю, как ты умудрилась войти в замок незамеченной.
— Возможно, увидев со мной Уоррика, они перестали меня искать.
— Он вернулся?
— Да. — Ровена усмехнулась. — И он приказал мне идти есть, так что я лучше сейчас этим и займусь. Боже правый, ко мне вернулся аппетит, Я также должна заказать ванну и бутылку вина из Туреса.
— Иди ешь тогда. Я позабочусь о ванне и принесу тебе бутылку.
— Спасибо, мистрис…
— Мэри, — сказала она, усмехаясь про себя. — Да, я думаю, вы можете звать меня теперь Мэри.
Немного позднее Ровена вошла в зал, прижимая к груди бутылку вина, как ребенка. Ее походка была уверенной, и она улыбнулась Уоррику, когда подошла к нему.
У него был недовольный вид. Он выслушал обвинения. Конечно, Беатрис даже не дождалась, пока он выйдет к столу, а пошла за ним в его покои и дала полный отчет о том, что произошло, пока он переодевался и сушил волосы.
Сейчас его русоволосая дева выглядит, будто знает какой-то секрет. Он надеялся, что это так, потому что обвинения против нее тяжелые.
Он передвинулся к камину, еда со стола была уже убрана. Беатрис села на один из стульев, Мелисант — подле нее, на скамейку. Уоррик кивнул Ровене, чтобы она заняла другой стул.
Беатрис задохнулась от изумления и возмущения, но ничего не сказала. Отец смотрел на нее хмуро с первых слов о краже.
Это не очень радовало ее. Она надеялась, что он придет в ярость. Она бы предпочла, чтобы он вернулся домой и нашел эту девчонку изуродованной, но, возможно, лучше, если он сам изобьет ее, если будет проводить расследование. В любом случае он не возьмет ее обратно к себе в постель, когда убедится в ее вине. В этом Беатрис была уверена.
— Моя дочь, — произнес Уоррик с неудовольствием, адресуясь к Ровене, — выдвинула серьезное обвинение против тебя. Что ты можешь сказать по поводу кражи жемчужного ожерелья?
— Она сказала, когда оно исчезло?
— Когда, Беатрис?
— Прямо перед обедом, — ответила Беатрис.
— Спросите ее, милорд, насколько она уверена в этом?
— Насколько, Беатрис?
Беатрис едва удержалась от того, чтобы не нахмуриться. Она не понимала, какая разница? Ожерелье исчезло и найдено в покоях Уоррика. Ясно, что девица не будет предполагать, что его взял он.
— Это было уже много позже полудня, когда я в последний раз видела его и решила тогда надеть его к обеду. И не более, чем через час оно пропало, и ее… — она указала пальцем на Ровену, — видели в моей комнате в это время. Это Мелисант ее видела.
Ровена улыбнулась Уоррику.
— Сказала ли я вам, в какое время вчера я убежала?
— Убежала? — воскликнула Беатрис. — Ты хочешь сказать, что ты пряталась в замке?
— Нет, миледи. Я не могла бы просто спрятаться от того, что вы планировали для меня.
Горячий жар прихлынул к щекам Беатрис, а в глазах сверкала злоба.
— Ты признаешься, что убежала? Ты знаешь, какого наказания заслуживают сбежавшие вилланы?
— О да, леди Беатрис, у меня есть свои собственные владения и свои собственные вилланы. Я должна знать…
— Лжешь! — прошипела Беатрис. — Разве ты бы обращался с ней так, отец?
— Я не думаю, что она лжет, — ответил он. — Я обращаюсь с ней так, потому что дал ей статус вилланов, но не по рождению. Но мы отвлеклись. Когда ты ушла отсюда, Ровена?
— Около полудня.
— Она опять лжет! — вскричала Беатрис. — Как ты можешь слушать…
— Ни слова больше, Беатрис, — ледяным тоном предупредил ее Уоррик.
— Время, когда я ушла, можно проверить, милорд, — предложила Ровена. — Мистрис Блуэ скажет вам: когда она заметила мое исчезновение, начала искать и не могла найти весь день. И стражник у внешних ворот может сказать,