Узы чужой воли

— протереть стол и подоконник. Закрыв дверь второй раз, вспомнила про переполненные мусорки и со вздохом вернулась, взяла большой пакет. Постояла, подумала, больше ничего в голову не пришло. Но дверь за собой закрывала с опаской — вдруг еще что забыла.
Забыла миску с водой, но это я вспомнила, только открыв дверь кабинета мистера Ричмора. Возвращаться желания не было, поэтому осторожно заглянула за узкую дверцу и возрадовалась, увидев раковину и кран. Сунув тряпку под кран, я вскрикнула — вода была обжигающе горячей. От неожиданности так дернула рукой, что забрызгала пол и стены. Да и Небо с ним — вода просохнет. Вот только браслет с руки тоже слетел, и пришлось его искать.
Опустившись на колени, я осмотрела пол и сразу увидела браслет. Он лежал поверх какой-то заколки или булавки. Подобрав найденное, я сильно удивилась — под браслетом оказалась заколка миссис Поэрны. Она как-то обмолвилась, будто это все, что осталось из подарков ее погибшего мужа. Остальные драгоценности пришлось продать, чтобы снять комнатушку и купить продукты на первый месяц. Странно, она ведь так берегла памятную вещицу. Наверное, потеряла, когда последний раз была на работе. А значит, и правда что-то случилось.
Прибрав кабинет, я вернулась на свое рабочее место и до самого вечера отвечала по кристаллу на один и тот же вопрос: «Где мистер Донал Ричмор».
Вместо вранья мне страстно хотелось отсылать людей и нелюдей к бесам. Но я ведь решила быть хорошей, послушной девочкой. Поэтому старалась виртуозно врать. Но на пятом любопытствующем у меня закончились адекватные истории, и обладателю глубокого, бархатистого голоса я радостно сообщила, что мистер Ричмор отправился в приют для животных — выбирать себе пса. Шестая, владелица визгливого голосочка, отключила свой кристалл не прощаясь — так поразилась новостям об уроках вокала, которые берет мистер Донал Ричмор. Седьмому и восьмому я соврала одно и то же — что интариец уединился со своей невестой. Восьмой оказался отцом мистера Ричмора, и я немного устыдилась: старик-интариец так обрадовался наличию невесты у сына, что пообещал приехать и расцеловать меня, как гонца принесшего радостную весть. Кажется, мне влетит. А вот нечего работу прогуливать — время близится к обеду.
Обедала я у Асии в архиве. Ее бутерброды и мои булочки — вторая порция, прибереженная на обед, заставили меня порядком задержаться. Но зря я спешила — Ричмор все так же отсутствовал. И отсутствовал он до самого вечера.
Мрачно отследив часовые стрелки, уже ушедшие далеко за восемнадцать ноль-ноль, я встала, одернула узкую юбку и подошла к двери. Замок, разумеется, магический. И, конечно, мне его закрыть не по силам. За что ж меня так любит Небо?
Кажется, миссис Поэрна возненавидит новую помощницу шефа, как и слесарь. Но что делать, оставить кабинет незакрытым? А если там очередные «секретные документы»? Что еще он тогда сделает?
Взяв все необходимое, я оставила мистеру Томсону, нашему слесарю, записку с извинениями и перечислением взятого. А так же указала причину, по которой совершила данное хищение.
При помощи проволоки, гвоздей, ласковых слов и фантазии я изобразила что-то вроде двух петелек для замка. Защелкнув замок, с чувством выполненного долга начала собираться домой. Надеюсь, мистер Ричмор будет доволен.
Когда проходила через парк, меня охватило чувство стыда — прикормленные мною птицы смотрели крайне укоризненно, ведь утром я вихрем промчалась мимо не бросив им ни крошки. Да и сейчас шла с пустыми карманами. Тяжко вздохнув, я пообещала голубям исправиться и гордо проигнорировала недоуменные взгляды случайных прохожих.
Дома меня ждала Элиза. Я поняла это по освещенному кухонному окну. Иногда, когда у девчонки случалось хорошее настроение, она делала чай и, дождавшись моего возвращения, уходила к себе. Мне так и не удалось понять, что движет ею.
Так случилось и сегодня. Проводив взглядом коляску Элизы, я сделала пару глотков заваренного ею чая. Я не люблю черный чай, поэтому остатки слила в раковину. Хоть и странно, в такие дни она заваривает цветочный чай.
Точно. Цветочный чай — я же последний заварила. Вот дурная голова, завтра придется в магазин идти. А ведь было по дороге, нет же, мимо пролетела.
Усталость навалилась снежным комом. Кое-как искупавшись и промыв волосы, я рухнула в постель. Эта работа когда-нибудь меня добьет.
Утром я встала сердитая и не выспавшаяся. А еще переполненная подозрениями — уснуть в пятницу вечером, не поев и едва помывшись? Раньше я могла это списать на козни Иты, да и чего бесов дразнить, уставала я куда как сильнее.
Спустившись вниз, я застала Элизу за завтраком.
— Доброе утро, Элиза.
— Доброе,