Узы чужой воли

Сахарница со щипцами и сама чашечка с блюдечком. В ломтики я вставила несколько коричных звездочек — для красоты и аромата.
— Ваш кофе, мистер Ричмор.
Сервировав маленький стол, я повернулась к нему и попросила:
— Мистер Ричмор, позвольте отлучиться? Мне срочно нужно в архив по личному вопросу.
— Благодарю, дивный аромат. Что-то случилось?
— Пятнадцать нечитаемых сообщений. — Я улыбнулась. — Асия очень эмоциональна, сэр. Но все же, если у вас нет для меня срочной работы, отпустите.
Он выразительно посмотрел на свой рабочий стол — на нем громоздилось несколько шатких стопок папок.
— Для вас будет работа после обеда. Постарайтесь не выходить из здания, мисс Орси. Вы сегодня вновь в архиве обедаете?
— Что вы, — округлила я глаза, — в архиве запрещено есть или пить! Я не нарушаю регламент.
— Тогда приглашаю вас на сэндвичи с творогом. Составите мне компанию?
— Да, спасибо.
— Правда?
— Да, сэр. Просто никогда не слышала, про сэндвичи с творогом. Или вы только из вежливости предложили? Тогда просто подмигните.
— Идите, мисс Орси, — вздохнул Донал, — пока вам шестнадцатое сообщение не пришло. И да, пожалуйста, сделайте что-нибудь с кристаллом — пока вас нет, я не желаю его слышать!
Я девушка понятливая, поэтому, выскочив обратно в приемную и достав кристалл, выкрутила звук на максимум. Ведь явно же продолжается идиотский спектакль «Зверо-шеф и несчастная подчиненная».
Путь до архива занял меньше десяти минут. Дробный стук в дверь, и, не успев убрать руку, я оказалась втянута внутрь.
В воздухе витал аромат успокоительного, мятно-валерианового настоя и какого-то алкоголя.
— Он пропал, — шмыгнув носом, произнесла Асия. — Я в субботу пошла его навестить, взяла игрушки, сладости. На всех взяла, по чуть-чуть недорогих конфет. И выяснилось, что он пропал. Детки, кто постарше, рассказали, что моего малыша сманила высокая и странная женщина. Они все так испугались, что потом несколько часов не могли двигаться.
— Ты сейчас про сына Поэрны, Виттора?
— Да, про него. А с тобой никак не связаться, и даже на стук в дверь не подошла, — обвиняюще сказала Асия.
— Мы с Элизой съехали.
— Да ты что?
— У нас наладилось взаимопонимание, — уклончиво ответила я. — Но если серьезно, в наш дом кто-то проник, и это сильно нас напугало.
— У вас не дом, а сейф, — поразилась Асия, — как туда кто-то мог пролезть?
— А откуда ты знаешь? Про щиты?
— У меня есть крошка-дар, — фыркнула она. — Быстро учу языки, тексты и вижу незримое. Вот у тебя на шее дохлый артефакт, например.
— Дохлый?
— Кто-то выпил из него всю магию, и осталась только волшба самого материала. Видимо, сделан из кого-то, кто при жизни был магом или волшебным существом.
— Надеюсь, это было животное, — с легким отвращением произнесла я.
— Магические животные на порядок умнее своих собратьев, — пожала плечами Асия. — Где-то на уровне развития пяти-семилетнего ребенка.
— Спасибо. Дай, пожалуйста, кристалл.
Выбрав адрес своей приемной, я подождала, пока кристалл изменит цвет, и отменила соединение.
— Поговори со своим шефом, — попросила Асия. — Из приюта никто не стал заявлять о пропаже ребенка.
— Почему? Это ведь живые деньги, — удивилась я. — Стоп, Аси, не надо мне про мораль. Я достаточно наслышана, и от тебя в том числе, о владелице того приюта. Детей она не любит, но любит деньги. Значит, должна искать мальчика. Да и проверка выявит несоответствие между количеством живых детей, могилок и списком поставленных на довольстви… Прости, не плачь. Нет, я не думаю, что он умер.
Асия достала из тумбочки спрятанную там чашку и сделала большой глоток.
— Ты так рыдаешь по ребенку, которого видела всего один раз? Не пойми меня превратно, мне тоже жаль малыша, и я обязательно поговорю с Ричмором. Но, — я беспомощно пожала плечами, — это я читала ему и его сестрам сказки, сидела с ними и играла. Это я сейчас должна рыдать и бояться за его жизнь. Откуда такое трепетное отношение?
Асия шмыгнула носом и тихо-тихо сказала:
— А если я о себе плачу? Я уже успела навоображать, как после работы захожу за сыном в детский сад, потом мы идем домой. Где-нибудь по дороге он увидит котенка, и я разрешу ему его взять. А потом мы будем читать сказку. А по-потом, вместо полезного ужина я пожарю блинов, и мы объедимся на ночь, и… и…
Она опять приложилась к чашке с успокоительным, высморкалась и попыталась улыбнуться:
— Видишь, какая я эгоистка?
Я украдкой потерла глаза и глубоко вздохнула:
— Мы обязательно во всем разберемся.
— А зачем ты набираешь свою приемную и сбрасываешь?
— А, шефа дразню. Но он сам хотел,