Узы чужой воли

логично, что из постели она следует в родильный зал. Да, Элиза была бы мне идеальной женой. Нет, я не знал, что закон не полон. Этого многие не знали, и первый выпуск «Серого вестника» произвел фурор. Только нужен ли он был? Сколько семей распалось, сколько детей осталось без матерей. Это было лишним.
— Сколько женщин обрело свободу, — в тон ему ответила я. — Семьи никто не разрушал — любящие друг друга люди просто пойдут и заключат брак заново. Отличный, кстати, повод для праздника.
— Только их дети рождены вне законной связи.
— Вам стоит внимательней перечитать статью, — усмехнулась я. — На детей связь по принципу «младшей жены» никак не влияет. Единственное, что отец может отказаться, и тогда малыши перейдут в род матери. И да, я готова принимать посетителей. И все же предпочту сменить целителя.
Я была уверена в своих словах. Окончательный вариант статьи я не читала, но зато помогала собирать информацию и искала ссылки на законы и подзаконные акты.
— Я уже сказал, что не смешиваю работу и личное, — огрызнулся Оран.
— И это значит, что у вас есть ко мне претензии, — фыркнула я. — А последний месяц отучил меня верить людям.
— Только людям? — усмехнулся целитель. — Уверен, интарийцы вас еще удивят. После занятий со стажеркой Вайс прибудут ваши посетители. Всего доброго.
— Не могу пожелать вам того же, — мило улыбнулась я.
У меня не было особого времени на размышления, но из всего произошедшего я кое-что для себя осознала — хочу быть собой. Какой угодно, но собой. Именно я, чистая и беспримесная лежала на алтаре и молилась Небесным Покровителям. Искренняя, такая какая есть. Именно такой я выжила. Должно же это хоть что-то значить?
Скоро пришла стажерка Вайс, тихая, невысокая девушка. И прозанималась со мной, прямо в палате, почти три часа. Сначала массаж всего тела, затем какие-то странные, магические волны, пустившие мурашки по коже. И только после всего этого она помогла мне встать и пройти шесть кругов по палате. Потом оттерла мое взмокшее тело влажным полотенцем и переодела.
— Я могу прибрать вам волосы, мисс.
— Да, буду благодарна.
И Донал, и Элиза пришли с цветами. Элли даже расплакалась, увидев, что я встречаю их полулежа.
— Ты обещал ее сберечь, — прошипела она Ричмору и, склонившись, поцеловала меня в висок.
Все та же стажерка заглянула в палату и, оценив размер букетов, принесла ведро с чистой водой. Элиза тихо рассмеялась:
— Давай поставим тебе его на тумбочку?
— С моим везением? Ночью оно упадет — и не абы куда, а на меня, — фыркнула я.
— Так. — Элиза подтащила к моей постели стул и села. — Сейчас я хочу выслушать, как и почему моя сестра оказалась в палате для безнадежных. Я, знаете ли, изрядно намучилась, наблюдая последнюю неделю бледный полутруп.
— Как безнадежных? — ахнула я. — И как вы узнали, что я проснулась?
— Мы не узнавали, мы просто приходили на тебя посмотреть. А палату в народе так окрестили, — изящно повела плечом Элиза. — Здесь все пропитано слабой магией, такой, которая восстанавливает утраченные силы, но не способна повредить истощенные каналы.
— И сюда попадают те, кто безнадежен, — произнесла я и внимательно посмотрела на Донала.
— Нет, птица. Не только. Мы специально запросили для тебя эту палату. Пойми, твоя сила — могущество в крови. Не-маги не страдают от истощения, потому что это попросту невозможно. За твоим исключением.
— И вот мне очень интересно, каким образом моя сестра стала исключением. И почему меня допрашивали на тему отчима. — Элиза фыркнула. — Обычный сноб, спал и помнил свой титул. Матушка очень пожалела о скоропалительном замужестве. Так не сиди, тут тише, там сдержанней, и всегда в пример приводилась первая супруга графа. Я еще и поэтому так на тебя злилась — не-мага списали со счетов и позволили быть собой. Так что, пока еще уважаемый мной мистер Ричмор, будьте столь любезны пояснить, за что на двух невиновных девушек все это свалилось?
— И не так, как ты обычно отвечаешь на вопросы, — проворчала я, восхищаясь, насколько легко и бескомпромиссно Элиза записала себя в пострадавшие.
— Кое-что тебе уже известно, но ради уважения мисс Элизы я повторюсь, — обаятельно улыбнулся Донал. — На самом деле, милые дамы, информация должна остаться между нами.
— Не томи, — поторопила я.
Ту часть, где интариец пояснял Элизе проблему с оголодавшим малым народцем, я пропустила мимо ушей. Известно и неинтересно. Гораздо любопытнее было другое — как Джеймс Орси вышел на Джеймса Фэлви.
— Контора, в которой работает Аманда, часть той сетки, что прикрывает Интарию от Эйзенхара. Сквозь наши конторы-лаборатории проходят все эйзенхарские товары — артефакты и зелья, косметика и притирания.