Узы чужой воли

о первом разе. Но мой возлюбленный схитрил. Он довел меня до полубезумия губами и пальцами и только потом сделал все так, как написано в анатомическом атласе. Боль смешалась с удовольствием. Я вскрикивала и тут же вспоминала, что приличные девушки так себя не ведут. Кусала губы, забывалась, кричала и опять… Первый опыт всегда незабываем, но мне бы хотелось повторить уже без боли. Все же я не из тех, кто ее любит.
— А кто в нашей семье будет ходить на кухню за водой? — хриплым, сорванным голосом спросила я.
— Судя по поставленному вопросу — я, — засмеялся Донал и встал.
Но когда он вернулся, я уже спала. И, проснувшись, с большим удовольствием отобрала у любимого одеяло. Нет, ну а что? Помимо основных, крупных радостей должны быть и мелкие, незаметные.
Вот только утром без одеяла проснулась уже я. Вот ведь вредный интариец! Ну ничего, у нас вся жизнь впереди, и мы еще выясним, кто спит с одеялом, а кто без.

Эпилог

Кто знает, как сложилась бы наша судьба, если бы в далеком прошлом Джеймс Орси не начал бы чудить? Скорее всего мы были бы счастливы, как и сейчас, но каждый по отдельности. И сейчас, сидя рядом с Элизой в беседке, я готовлюсь поддеть ее возлюбленного супруга.
— Эд, ты же помнишь, как мы все познакомились?
Интриец подозрительно косится в мою сторону. Прошло уже пять лет, но наши отношения по прежнему несколько натянуты. Это и моя вина и его — он привык опекать Донала, а я стараюсь быть собой. Не потеряться. С моим даром утратить себя очень легко — я уже успела попробовать стать горшечником, ботаником, художником (Элиза плачет, когда видит мою неуничтожимую картину) и ювелиром. Но в итоге, к неудовольствию всех сколько-нибудь заинтересованных лиц, я остановилась на бисероплетении и кружеве. Донал потом рассказал, что контора рассчитывала на артефакты моего изготовления. Ну, может быть, когда-нибудь.
— Это сложно забыть,- наконец произнес Эдвард.
— А ты знаешь, ради чего пошел на это мой предок? — перед продажей мы с Элизой не разбирали дом. Но люди купившие его оказались не только повернутыми на блеске прошедшей славы, но еще и до крайности щепетильными. Они вернули нам письма, найденные в тайнике. В том тайнике теперь стоит алкоголь, но это уже не наше дело.
— Можно предположить, что он был патриотом Лоссии,- спокойно ответил интариец. — И не вполне понимал на что идет.
— А еще он последовал за своей возлюбленной,- промурлыкала я. — Плохо работает ваша внутренняя разведка, если вы не знаете, что в Эйзенхаре до сих прыгает из тела в тело душа убитой принцессы Эссилии. Или уже отпрыгалась, последнее ее письмо пришло двадцать лет назад.
— И ты это скрыла? — поразился Эдвард.
— Это личная переписка принадлежащая моему роду,- округлила я глаза. — И потом, это еще доказать надо, что у меня что-то есть. Может, я просто пошутила?
— Это шантаж? Элли, повлияй на сестру,- воззвал Эдвард. — Или я буду вынужден привлечь к этому Донала.
— Прости любимый,- Элиза нежно коснулась виска Эда,- но я на стороне Мэнди.
А мне уже надоела игра и я просто достала из сумочки пухлую стопку перевязанных бечевкой писем.
— Просто пообещай, что все это используешь для восстановления Донала в рядах внутренней разведки.
Удивление Эдварда можно было пощупать. Он жестом попросил меня объясниться.
— Это его жизнь,- я пожала плечами. — И я вижу, что ему не удается найти себя. Полисмен из него так себе вышел. Истребитель чудовищ? Где вы в Вейске видели чудовищ? Нет, Элли, ваши новые соседи еще не дотягивают до расстрельного листа. Я боюсь, что он совсем захандрит.
— На самом деле,- Эдвард откашлялся,- на самом деле, я уверен, что смогу вернуть его в наши ряды.
— Давайте тогда вначале вашу свадьбу сыграем,- тут же предложила Элиза.
Свадьба. Я уже знала, как все произойдет. И даже нашла платье. Продумала чем и как будет украшен зал и куда мы поедем после обряда. Точнее, куда мы вернемся — в тот самый «рыбный» номер. Вначале мы будем плавать на увитой цветами лодке, затем вернемся в номер. Я закажу кофе и мороженное. А Донал сможет попробовать мои губы — ему нравится узнавать новые рецепты именно так.
— Мэнди? Ты здесь?
— Кхм, Донал пока не повторял своего предложения,- улыбнулась я. — Так что, ход за ним.
Но я уже видела кольцо и парные брачные браслеты — мой ревнивый собственник заказал все еще три года назад. И теперь бархатная коробочка ждала своего часа. А я…А я спокойно ждала, когда мой мужчина будет готов. Потому что уж я-то точно была готова.
Одно страшно, что об окончательной гибели Эссилии Эдвард может узнать раньше, чем восстановит Донала в звании. Ну да ничего, последнее письмо я сожгла, а Элиза его и вовсе не видела.