Вы когда-нибудь задумывались над тем, как появилась Камасутра? Ясный перец, это проделки богини любви. А откуда взялась сама развеселая богиня? Узнать это несложно — надо лишь надеть концертный хитон, прихватить шарманку с вмонтированной в нее машиной времени и отправиться в гости к Ивану Грозному. Словом, читайте феерическое повествование в духе романа «Три девицы под окном…».
Авторы: Славная Светлана Викторовна, Тамбовцева Анна Николаевна
О этот риторический вопрос, на который никто не может дать ответа. Отчаянный крик Варвары Сыроежкиной звучит в подсознании каждого из нас. Собственно, поэтому на протяжении всей истории человечества люди испытывают настоятельную потребность понять смысл бытия…
Окаменевшее тело Птенчикова перенесло путешествие во времени без видимого ущерба, однако вернуть Ивана из Шамбалы никак не удавалось. Медики и мистики, философы и психоаналитики, физики и представители разнообразных религиозных направлений собрались вместе, чтобы найти способ возвратить загулявшуюся душу в засидевшееся тело. Атеисты и убежденные скептики, Олег Сапожков и Аркадий Мамонов отступили от собственных принципов и попытались организовать спиритический сеанс, чтобы призвать, наконец, дух Ивана к ответу. По ИИИ летали столы и кружились блюдца, но Птенчиков выйти на связь так и не соизволил. Главшеф был в гневе: поутру он обнаружил в своем кабинете осколки музейного сервиза, а сотрудники Института еще долго бегали по отделам, пытаясь разыскать спутавшие место посадки столы.
Чтобы душе Ивана поскорее захотелось вернуться, его тело как следует отмыли, причесали, принарядили, а для облегчения поисков установили на макушке сверкающий маячок. На всех мыслимых частотах во всеобщее информационное пространство уходили сообщения: «Тому, кто нас услышит! Передайте Ивану Птенчикову, что ему пора домой!» Ведущий психолог Центра Реабилитации предложил воздействовать на наиболее чувствительные зоны заблудшей души учителя литературы. Уходящие в эфир послания несколько видоизменились — для воздействия на чувство долга Птенчикову телеграфировали: «Почему прогуливаете работу без уважительных причин?!» А в качестве шоковой терапии, направленной на чувство сострадания, записали дружные рыдания его учеников с душераздирающим соло Варвары Сыроежкиной.
К тибетскому ламе обратились с просьбой слетать в Шамбалу лично. Лама в ответ произнес речь столь абстрактно-возвышенную, что всем стало ясно: если и полетит, наверняка заблудится.
Пару раз к находящемуся в реабилитационном центре Птенчикову пытался прорваться начальник полиции «для конфиденциального разговора».
— Как вы не понимаете, мэтр сейчас не в состоянии разговаривать! — пытался вразумить его медперсонал.
— Ну, может, хоть подмигнет? — канючил непробиваемый генерал.
Варваре Сыроежкиной пришла в голову смелая мысль — прокипятить тело Птенчикова в своем «молодящем котле», чтобы, по выражению индийского гуру, «повернуть время вспять».
— Нельзя нарушать температурный режим! — запаниковал Олег Сапожков. — Какой смысл омолаживать тело, если в нем все равно нет души?
— Молодое тело обладает большой привлекательностью, — парировала Сыроежкина. — Глядишь, к нему и душа потянется…
— Чья? — фыркнул Аркадий. Но Сыроежкина уже никого не слушала: загоревшись идеей, она прекратила заламывать руки над застывшим учителем и помчалась в свою лабораторию.
Там Варю ждало серьезное потрясение: крысы и кролики, которых она, отправляясь в экспедицию, оставляла юными, бодрыми и пушистыми, валялись на дне своих клеток облезлыми трупиками. Старость животных не пощадила: их шерсть запаршивела и торчала клочьями, тела скукожились, кости выпирали из впалых боков.
— Не может быть! — шептала дрожащими губами Варя. — Несчастные зверушки, им бы еще жить да жить, даже без омолаживающего купания…
Перед глазами тут же встала иная картина: отец Бахадура с дядюшкой кшатрия, чьи лица избороздили глубокие морщины, а тела согнуло тяжкое бремя прожитых лет.
— Эффект маятника! — вспомнила Варя слова загадочного индуса. — Так вот что имел в виду почтенный гуру: чем больше я отклоню маятник жизни в сторону молодости, тем ощутимее он качнется в направлении старости. «Не пытайся спорить с вечностью, этому спору не будет конца…» Бедные, бедные мои Бандар-Логи, я думала, что подарила вам новую жизнь, а вы…
— А они и ушли к новой жизни, в полном соответствии со своими убеждениями, — прервал ее стенания незаметно подошедший Егор Гвидонов. — Ну как, Сыроежка, ты все еще настаиваешь, чтобы мы искупались в твоем зелье во время собственной свадьбы?
Ребята вернулись в библиотеку ИИИ, где позеленевшие от перенапряжения Олег с Аркадием впихивали в себя все новые и новые тейбл-тексты в поисках дополнительной информации о Шамбале.
В один из таких безрадостных дней раздался звонок мобильного видеофона, и на экранчике высветилось лицо директора колледжа.
— А, ребятки, вернулись! — протянул он весьма многообещающе. — Почему не появляетесь на занятиях? Надеюсь,
