Марат Покровский — человек, от которого лучше держаться подальше: хладнокровный, жестокий, опасный, ему ничего не стоит сломать чужую жизнь. А я всего лишь его горничная — серая моль, которую он прихлопнет и не заметит. Только однажды мы переспали. И этого хватило, чтобы я забеременела после страшного диагноза «бесплодие». Это было настоящим чудом! И моей радости не было бы предела… если бы Покровский не заявил, что отберёт моего ребёнка сразу после рождения. Только черта с два я дам ему это сделать!
Авторы: Вестич Виктория
Но не для меня! Тошноте утром я так обрадовалась, что вместо привычной зарядки просто прыгала до потолка от счастья. Правда, недолго. Потому что потом пришлось бежать в уборную. Ну а после у меня просто не осталось времени радоваться дальше — и так опоздала с приготовлением завтрака. Он превратился в настоящую муку!
Организм слишком сильно реагировал на запахи еды, но вот когда в кухню зашел злой и голодный Покровский, стало еще хуже.
— Не подходите, прошу! — зажимая нос ладонью и быстро отходя в противоположную часть кухни, взмолилась я.
— Что такое? — хмуро поинтересовался Марат, останавливаясь посреди кухни.
— Меня от вас тошнит.
Лицо Покровского так вытянулось от изумления, что я не сдержала нервного смешка. Но тут же спешно поправилась:
— У вас очень парфюм резкий.
Марат недовольно скривил губы, отошел на несколько шагов и недовольно поинтересовался:
— Завтрак?
— Завтрак почти готов, я сейчас накрою… на… стол… — к горлу вновь подкатило и я, зажав рот ладонью, со скоростью света побежала в уборную. Покровский едва успел проема двери освободить, чтобы дать мне дорогу.
Через несколько минут, когда я уже вернулась на кухню, Марат обеспокоенно поинтересовался:
— Как ты себя чувствуешь?
— Я… ничего… просто немного тошнит. Сейчас приготовлю вам что-нибудь, — пообещала я, старательно отворачиваясь, чтобы не дышать этим возмутительно вонючим одеколоном. Боже, и как раньше этот запах мог мне нравиться?!
— Не надо. Я перекушу в кафе на работе, — Покровский обернулся на пороге и хмуро добавил, — ты очень бледная. Точно не нужно к врачу?
— Нет, это же токсикоз. Все нормально. У меня прием на следующей неделе.
— Хорошо, — помедлив, ответил Марат, — Я распоряжусь, чтобы охрана помогла собрать и перенести твои вещи.
Как только Покровский ушел, я сразу же настежь распахнула все окна и с наслаждением вдохнула полной грудью свежий воздух. Удивительно, после его ухода даже тошнить перестало почти сразу!
— Что, малыш, ты тоже папу не очень-то жалуешь? — весело фыркнула я, погладив живот.
Марат не сказал, в какую из комнат переезжать — и это было отлично. Раз ему все равно, я выбрала самую дальнюю, с видом на сад и небольшим милым прудиком. Красиво, воздух свежий, а заодно и Марата буду поменьше видеть. Если и девушек продолжит таскать — и их тоже.
Удивительно, но сейчас я вообще не переживала, что на самом деле Покровский переспал со мной просто потому, что больше было не с кем, а не потому, что я ему нравилась. Слишком уж тяжелый и сложный человек. Одно дело, когда это твой работодатель, а другое, когда кто-то ближе. Даже сейчас — я ему никто, у нас просто общий ребенок должен родиться, а он уже пытается контролировать всю мою жизнь.
С переездом мне и помогать не пришлось — все небольшое количество вещей я сама перенесла в новую комнату. А уже потом приступила к работе. Токсикоз токсикозом, а рабочие обязанности с меня никто не снимал. Дом был большой, и мне сегодня предстояло убрать весь второй этаж. Покровский все собирался нанять полный штат прислуги, но его, кажется, и так все устраивало. Конечно, не он же убирает каждый день по этажу, готовит еду и по магазинам ездит за покупками. Дела вроде бы не очень хлопотные, но когда все это вместе нужно сделать…
Сама не заметила, как прошел день. Я как раз заканчивала уборку в кабинете Покровского, когда он вошел. Не заметила даже, пока он не окликнул.
— Анна, — голос Марата прозвучал строго.
Вздрогнула от неожиданности и порывисто обернулась. Ну что за привычка ходить бесшумно?!
— Да? — мне захотелось тихо улизнуть мышкой, лишь бы не чувствовать этого тяжелого взгляда.
— Что ты делаешь?
— Я… убираю ваш кабинет, Марат Павлович, — пояснила обескураженно, пожав плечами.
— Ты больше здесь не работаешь.
У меня даже колени подогнулись.
— Что я сделала не так? — изумилась я, обессиленно рухнув на стоявший позади диван.
И тут же нахохлилась. Да черта с два! Мне нужна эта работа и деньги, которые я за нее получаю!
— Вы не имеете права меня увольнять! — заявила я категорично, — У нас официальный контракт и, к тому же, я беременна! Только попробуйте уволить, я вас засужу!
Марат удивленно поднял брови, явно не ожидая такого противодействия. Ага, съел? Нет уж, так просто меня не возьмешь. Я не могу позволить себе лишиться рабочего места именно сейчас!
С губ мужчины сорвался тяжелый вздох, и в следующую секунду он подошел ко мне. Кожаная обивка слегка скрипнула, когда Марат опустился на диван рядом.
— Анна, — серьезно произнес он, — ты больше не работаешь в этом доме. Ты здесь живешь.
Я открыла от
