Марат Покровский — человек, от которого лучше держаться подальше: хладнокровный, жестокий, опасный, ему ничего не стоит сломать чужую жизнь. А я всего лишь его горничная — серая моль, которую он прихлопнет и не заметит. Только однажды мы переспали. И этого хватило, чтобы я забеременела после страшного диагноза «бесплодие». Это было настоящим чудом! И моей радости не было бы предела… если бы Покровский не заявил, что отберёт моего ребёнка сразу после рождения. Только черта с два я дам ему это сделать!
Авторы: Вестич Виктория
за комплимент, — растерянно пробормотала в ответ.
— Впрочем, ты и сейчас тоже очень сексуальна, — он обежал откровенным взглядом по моей фигуре, а ощущение было, как будто глазами раздел.
Сглотнула и поспешно сделала глоток апельсинового сока, постаравшись переключить внимание на Артема. Это такая ехидная шутка?
Но Марат неожиданно сделал то, от чего у меня моментально пересохло в горле — провел кончиками пальцев по руке от локтя к запястью. Невесомо, едва касаясь, но от этого действия внутри все сладко задрожало. Мой гинеколог, конечно, говорила, что у беременных либидо повышается и секса хочется еще больше, чем раньше, но… Но!!! Марат что, решил этим воспользоваться? Подумал, что я буду спать с ним после всего, что было?
Опаляю Покровского неприязненным взглядом и он тут же убирает руки.
— Прости, — шепчет одними губами, — я не удержался.
И от того, насколько искренне его сожаление, у меня теряются все слова возмущения.
Может, все действительно не так плохо, как кажется? Я перевела растерянный взгляд на Тёмку. Он как раз собирал свой драгоценный набор Лего и что-то весело щебетал. И случайно поймала на себе взгляд Славы, которая сидела с ним рядом на полу. Она смотрела враждебно, с черной злобой в глазах, не мигая. На миг от этого стало жутко настолько, что мороз по коже побежал. Но через секунду это ощущение развеялось, когда Слава лучезарно улыбнулась и помахала мне рукой.
Я коротко улыбнулась и кивнула в ответ. Неужели показалось? Я хоть и не пила алкоголь, но меня давно клонило в сон, а за сегодняшний день я ни разу не прилегла вздремнуть. Скорее всего, поэтому. Но все равно никак не получалось отделаться от этой картины в голове — снова и снова всплывал в памяти жуткий немигающий взгляд.
Ох, как же я надеюсь, что мне только показалось.
С Анной они регулярно созванивались. Наверное, чаще, чем ей Покровский звонил в Россию только Петру Васильевичу, который постоянно наблюдал за ее состоянием. Даже пару раз по видеосвязи они виделись, потому что Марату важно было знать, действительно ли все в порядке с матерью его ребенка. Ведь от ее здоровья напрямую зависело здоровье самого малыша.
Но увидеться не по видеосвязи, а вживую было совсем другим.
Марат не мог сказать точно, что в ней изменилось. Аня оставалось все той же привлекательной женщиной, но… а вот что «но», он никак не мог сформулировать четко. Но взгляд то и дело сам собой возвращался к ней, словно магнитом его притягивало. Покровский и не знал, что ему может ВОТ ТАК понравиться беременная женщина, считал это извращением. Но он хотел ее больше, чем любую другую свою пассию.
И приходилось держаться. Потому что план-то изначально был совсем другим.
За Славой Марат наблюдал весь новогодний вечер. Даже охрану предупредил, чтобы были начеку, но бывшая жена, как ни странно, вела себя мирно и даже дружелюбно. Без удовольствия, но все же возится с Артемом, изредка перебрасывается с кем-то фразами. Игнорирует только Анну. Покровский заметил, как Слава меняется в лице, когда Темка подбегал к ней, что-то спрашивал или рассказывал.
Но последней каплей для нее стал момент, когда Артем подбежал к Ане и сказал, что хочет спать.
— Я уложу тебя, — с готовностью поднялась Слава.
Но Тёмка устало зевнул и улыбнулся:
— Не надо, мам. Аня мне сказку расскажет, а ты же говоришь, что не помнишь их совсем.
И он просто взял за руку Аню и они ушли из холла, где был накрыт праздничный стол. Вот тогда Славу буквально перекосило от черной злобы, которую она старательно сдерживала все это время.
— Пойдем поговорим, — бросил ей Марат.
Слава, видимо, ожидала, что они поднимутся в кабинет на второй этаж, но вместо этого Покровский накинул на плечи бывшей жены ее шубку и вышел на улицу. И ей ничего не оставалось, кроме как направиться следом.
Заснеженный двор был освещен фонарями, а крыльцо расчищено от снега и наледи. Слава неуютно передернула плечами, не столько от холода, сколько от того, что молчание затягивалось. А еще потому, что рядом с крыльцом стояло два охранника.
— Послушай, Покровский, — поспешно начала Слава то, что хотела сказать весь вечер, — что если вернуть все назад? Представь, как мы были бы сейчас счастливы. Вот так бы встречали Новый год семьей, проводили вместе вечера… Как ты и мечтал всегда.
Марат взглянул на бывшую так, будто она призналась, что на самом деле была инопланетянином с планеты Нибиру, и, не выдержав, расхохотался. Успокоился лишь спустя полминуты, но с губ все равно не сходила ехидная усмешка.
— Кажется, ты перебрала с шампанским.
