Марат Покровский — человек, от которого лучше держаться подальше: хладнокровный, жестокий, опасный, ему ничего не стоит сломать чужую жизнь. А я всего лишь его горничная — серая моль, которую он прихлопнет и не заметит. Только однажды мы переспали. И этого хватило, чтобы я забеременела после страшного диагноза «бесплодие». Это было настоящим чудом! И моей радости не было бы предела… если бы Покровский не заявил, что отберёт моего ребёнка сразу после рождения. Только черта с два я дам ему это сделать!
Авторы: Вестич Виктория
— Я серьезно, Марат! Только подумай…
— Давай я тебе напомню, — холодно перебил ее Покровский, — не так давно ты кричала, что меня ненавидишь. И когда расставались тоже. Даже в суде орала так, что тебя из зала выставили.
— Это были просто эмоции!
Покровский усмехнулся, поцокал языком и смерил бывшую жену проницательным взглядом.
— Морозовы сняли тебя с содержания, а ты не нашла себе состоятельного любовника?
— С чего ты взял? — вспыхнула Слава.
— Давай я тебе проясню ситуацию. Если это мой сын, то я его не оставлю, и он получит лучшее образование и вообще ни в чем никогда не будет нуждаться. Он, а не ты. Я терплю тебя в своем доме только потому, что Артему это важно. К сожалению, ты его мать. Пока.
— Пока?
— Если Тёмка окажется моим сыном, я лишу тебя материнских прав.
— Что??!
— Ты можешь спокойно бросить ребенка, пользуешься им, чтобы высосать из Морозовых больше денег и видишь Артема не чаще раза в месяц. Он тебе не нужен, так что заткнись. Я знаю, что это правда. Как и то, что твое настроение может внезапно поменяться и ты не просто наорешь на Тёмка, но и ударишь.
— Это вышло случайно!
— Даже сейчас не ты пошла укладывать ребенка спать. Это сделала Аня.
— Он сам попросил, чтобы его уложила эта… эта твоя девка! — взвизгнула она.
— То есть это для тебя оправдание? — вскинул бровь насмешливо Покровский, — И бьешь ты его случайно, и оставляешь случайно, и живет он постоянно у Морозовых тоже случайно. Хватит, Слава. Артем получит все, что ему нужно.
— Я не оставлю этого так! Не дам отобрать его! Только попробуй, Марат, и ты пожалеешь! — зашипела Слава.
Она шагнула в сторону двери, чтобы войти в дом, но Марат перехватил ее за локоть. Заставил остаться на месте и отрицательно покачал головой, глядя прямо в глаза.
— Пусти! Я хочу вернуться в дом!
— Сегодня ты туда больше не вернешься. Охрана проводит тебя к такси, — он кивнул одному из охранников и по сути передал ее с рук на руки — дождался, когда ее руку перехватит другой мужчина и лишь тогда отпустил.
— Я хочу остаться с сыном!
— Ты хочешь остаться с бутылкой виски — она уж точно за весь вечер привлекла больше твоего внимания, чем Артем. Можешь видеться с ним три раза в неделю, но только под присмотром охраны. С Новым годом, Слава.
Покровский видел, что бывшая на грани и вот — вот закатит истерику, так что просто кивнул охране, чтобы те увели ее, посадили в такси и отправили по нужному адресу. А еще он видел, что к ребенку Слава абсолютно равнодушна. Да, она старательно изображала любящую мамочку весь вечер, даже в игрушки с Тёмкой поиграла, но… чувствовалась фальшь в каждом движении. То и дело она бросала обреченный взгляд на часы на запястье, словно каторгу отбывала и дождаться не могла, когда это закончится.
Она ведь хотела ребенка, даже гулять начала на стороне, чтобы забеременеть, так что изменилось? Почему так легко бросила ребенка, по сути повесив его на шею чужих людей — сначала Морозовых, а потом и его. Да, гипотетически он может быть его сыном, но ведь мальчик в первую встречу совсем его не знал, и просто оказался брошенным в незнакомом доме. Поневоле Марат сравнивал Славу с Аней. Разве она бы оставила своего ребенка вот так? Даже сейчас ей в удовольствие проводить время с Тёмкой, хотя он для нее абсолютно чужой.
Из раздумий выдернул тихий скрип двери и знакомый мелодичный голос позади:
— Что ты здесь делаешь? Заходи в дом, холодно же. И двенадцать вот-вот наступит, — Аня встала рядом и зябко поежилась, закутываясь получше в свитер.
— Сейчас зайду. Провожал Славу, — усмехнулся Марат.
— Она уехала? — удивленно вскинула брови Аня.
Покровский пожал плечами вместо ответа и спросил:
— Тёмка уснул?
— Да, сопит уже вовсю. Устал за сегодня, да и лег позже, чем обычно.
— Тебе тоже не стоит засиживаться.
— Не буду. Сейчас встречу Новый год, посижу немного и тоже лягу.
Марат повернулся к ней и улыбнулся уголком губ:
— Идем в дом, ты замерзла.
Это был тихий, можно даже сказать семейный Новый год. Аня и правда не стала засиживаться долго. Да и сам Марат дождаться не мог, когда она соберется уходить. Не потому что так неприятно было ее общество, а потому что весь вечер хотел сделать кое-что. И без лишних глаз.
Когда Аня попрощалась со всеми и отправилась наверх, он выждал ровно тридцать секунд, извинился и отправился ее догонять. Настиг девушку уже возле ее комнаты, окликнул вполголоса и, когда она повернулась, вложил в руку небольшую коробочку.
— Что это? — обескураженно
