В мёртвой петле

с неба, поскольку если речь зашла об оружии, то увидев мою экипировку иностранец подумал ровно о том же что и я: трофейное имущество большей частью уничтожается и именно наёмники решают, что отправить на склад, а что уничтожить как негодный хлам. Позже, если всё пойдёт как я задумал, можно будет расширить сотрудничество, поскольку размеры отряда увеличились и это не последнее пополнение, особенно остро встанет вопрос продовольствия, медикаментов и одежды. Обдери я даже всех зверей в лесу, обшить такую ораву не удастся. Поэтому каждый получит то, что хочет в этом я иностранцу не солгал….
Время шло к вечеру, сумерки превратились в практически непроглядную темень и находиться на земле стало ещё опасней нежели днём. Матинелли скорее всего расскажет, что его захватили но он сбежал утаив нож при не совсем тщательном обыске. Поэтому меня станут искать особенно тщательно, однако с наступлением темноты, амеры спустят на меня свой главный резерв — малые досмотровые группы, охотников на диверсантов. Я понял это как только шум производимый обычными поисковиками стих, но шум вертолётных моторов не исчез, а сместившись правее на восток стал периодически стихать и возвращаться вновь. Сейчас они высадились не далее чем в трёх десятках километров отсюда, разбились по командам и поделив сектора ищут мой след. Около двух лет назад, я слышал о подразделениях призванных именно охотиться на партизан. Опыт малых групп, частично утерянный после Вьетнама, был возрождён, как только амеры влезли в другой капкан — афганский. После вывода войск, многие такие спецы ушли в частные фирмы, но то, что случилось со схроном три дня назад, наводит на мысль, что сейчас кто-то из этих парней резвится тут. Кривая усмешка невольно стала растягивать губы под маской: ирония ситуации в том, что я получил то, о чём невольно просил Судьбу. Теперь, нравится мне это или нет, но скоро человек десять-пятнадцать таких «профи», будут оспаривать друг у друга первенство за право добыть мой скальп. Матинелли скорее всего не станет слишком врать своим, он поймёт, что во время поисков по следам разберутся сколько было русских. Само собой, в Шишковичах они след потеряют, места там нехоженые и даже в советское время там часто пропадали люди и их не могли найти. Поэтому часть охотников реально ушла следом за Веней и я могу только надеяться, что студент сотоварищи получил достаточную фору по времени, пока я таскаю основные силы преследователей за собой. Не стоит обольщаться надеждой на то, что враг глупее чем я, мой план изначально предусматривал и самый худший сценарий. И худшее случилось: кто-то среди охотников сложил два и два, решив выменять труднодоступного журавля в лице группы Очкарика, на вполне уловимую в кулак синицу в моём лице. Поэтому, прекратив крупномасштабную облаву, они решили воспользоваться услугами тех, кто раньше так или иначе оказывался на моём месте, а значит имеет больше всех шансов на успех.
Поднявшись с земли и размяв несколько затёкшие конечности я снова рванул трусцой вперёд, взяв курс на юго-запад в сторону заболоченного участка тайги. Конечно, в сухом лесу я получаю больше пространства для манёвра, но именно там противник сможет реализовать своё численное преимущество. В болоте легче спрятаться, легче попробовать выйти с амерами один против двоих, или даже один на один. Хотят они или нет, но зная тактику поиска, я знал, что спецам придётся разделить свои силы и действовать в двух направлениях. Одни, думаю, что меньшая их часть пойдёт на юго-восток, отрезая мне путь к Шишковичскому массиву, а другая ринется по горячему следу к болотам, дабы успеть перекрыть мне все выходы из него или перехватить чуть раньше. Сложности у нас с иностранцами практически одни и те же: ночь, знакомая только по картам местность, отсутствие информации о возможностях друг друга. Однако, мне безусловно чуть проще, поскольку я иду один, а след в темноте может отыскать только очень опытный поисковик, да и то не так быстро, как днём или в сумерках. Кроме того, амеры пойдут по петле, которую я им оставил, так или иначе им придётся следовать, а у догоняющего перед убегающим слишком мало преимуществ в сложившихся условиях. В болото за мной полезет максимум человек шесть, да и то, скорее всего они будут ждать до утра.
Низко пригибаясь, чтобы реже задевать ветки деревьев, я как мог быстро, бежал в сторону болот, до которых было ещё очень далеко, а оппоненты уже дышат в затылок, это я чувствую почти физически. Их желание выследить, кажется прощупывает темноту леса словно лучи радара. Беспилотники пока ушли, однако это вряд ли надолго и скоро придётся прятаться ещё и от них. Шум производимый загонщиками уже давно стих, но лес молчал, его жители затаились убираясь пути более опасного соперника. Когда