В мёртвой петле

конфликта кто через Киев и Азербайджан. А некоторые как раз имели визы Евросоюза, в частности испанские и французские. На душе снова стало неспокойно, ситуация принимала другой оборот. Шерман действительно мог воевать в Грузии, только вот в разговорах с приятелями он забыл упомянуть на чьей стороне. А среди этих доморощенных вояк, откуда взяться людям действительно знающими как вербуют наёмников? Любители обряжаться в камуфляж, знали книжную схему в общих чертах, от того никто из них и не обратил внимания на этот нюанс с французской конторой. Ведь именно в этой европейской державе нашли себе приют вербовочные пункты подавляющего числа контор промышляющих наймом ‘романтиков с большой дороги’. Европа, это большая ‘коммуналка’ где всё рядом: сел в тачку в родной испанской Андалусии и через пару часов ты уже в каком-нибудь Марселе, но уже во Франции. Мысленно я представил себе, кто это такой: эмигрант, обретший счастье где-то за бугром, любящий пощекотать нервы на человечьем сафари. И вот ностальгируя по прошлому, он прилетает на оставленную когда-то Родину. Но зачем? Хотя это как раз понятно, ну кто он там в своей занюханной Испании? Обычный мелкий коммерс, каких пруд пруди. Никому он не интересен, никто его особо не знает, а за шалости с наёмничеством, вполне могут и посадить. Я слышал, что испанское законодательство очень не любит тех, кто балуется оружием и взрывчаткой, называя таких людей террористами. Особенно если это бывший иностранец, из тех, что всегда под подозрением уже по факту происхождения. А ведь ехал—то совершенно за другим: достаток и комфорт таким людям быстро надоедают, лишь только им становится ясно, что и то и другое есть у большинства окружающих. Да и соседи с деловыми партнёрами всё ещё смотрят косо, для них он пришлый — забравший сладкий кусок если не с их собственной тарелки, то уж наверняка маисовую лепёшку их детей и внуков. Вот и лезут такие ‘доны Педро’ обратно в презираемую ими всей душой ‘рашу’, где их никто не осудит и даже напротив, позавидуют почти всегда совершенно искренне. Однако Шерман не рассчитывал, что попадёт на настоящую войну. Одно дело мелкие пострелушки в буферном государстве из которых совершенно свободно можно выбраться размахивая иностранной паспортиной. И совершенно иной расклад, когда тебя даже слушать никто не станет и сразу выпишут пулю в выпуклый лобешник. Любитель повышения самооценки оказался в ловушке собственных страстишек, причём без особых перспектив выбраться. Хотя вот тут я точно ошибаюсь, обычно эти эмигранты с ‘трудной судьбой’, да ‘охотой к перемене мест’, народ крайне изобретательный, когда дело касается спасения собственной шкуры и поиска глубоких омутов. Шерман что-то задумал иначе зачем ему так явственно подставлять столько людей, да ещё выводить их против хорошо охраняемого конвоя, обрекая если не на поголовную гибель, то на серьёзные безвозвратные потери.
Пока раздумывал, участники военного совета ещё чуток пошумев и обсудив какие-то насущные проблемы начали расходиться. Тут я снова пожалел, что сунулся к туристам в одиночку: следовало подробнее осмотреть лагерь, да и вождь куда-то намылился, подхватив свои пожитки и оружие. Решив отложить визит в шахту до следующего раза, двинулся вслед за Шерманом, который явно сторожась кого-то двинул по тропе вон с прииска. По пути удалось вскрыть ещё два ‘секрета’, вождь не таясь проходил мимо постов, о чём-то начальственно расспрашивая сидевших в карауле бойцов. Миновав уже печально знаменитую наблюдательную вышку, вождь сверился с компасом, прошёл триста метров на восток, и у поваленного бурей довольно давно дерева повернул на северо-восток, к речке. Отпустив предводителя команчей метров на пятьдесят, но так, чтобы не потерять его из виду, я шёл следом прикидывая, пойдёт ли он на тот берег и что ему вообще тут понадобилось под вечер. Вообще, с водой у ‘туристов’ получалось гораздо проще: небольшая речушка протекала всего в полукилометре от прииска и совершенно точно в самих штольнях полно бьющих подземных источников. Само собой часть коридоров и особенно нижние уровни, вероятнее всего затопило. Но земля тут изрыта ходами словно кусок сыра, поэтому с размещением в сухих отвалах проблем быть не должно. С угольными шахтами было бы труднее, но нам с артельщиками такой вариант базирования особо не подходил — слишком мало нас чтобы охранять такую территорию. А вот более многочисленному, вроде этой лиги поклонников страйкбола-таки самое оно. Так мы шли друг за другом почти час, пока Шерман не остановился у кучи замшелых валунов недалеко от берега. Как я и предполагал, переправляться вождь не собирался, однако всё ещё непонятно было зачем он сюда пришёл. Честно говоря, мысли у меня были большей частью левые: мало ли зачем