В объятиях ветра

всего ему нравилось выражение счастья на ее лице. Это заставляло его сердце биться сильнее, и Мэтт уже начал сомневаться, сможет ли дальше продолжать игру, когда всем его телом овладело одно желание — положить Скай на подушки и заняться с ней любовью.
— Ты готова взять следующие карты? — спросил он — Или ты хочешь сделать еще одну ставку?
Скай было приятно, что Мэтт находится в таком веселом расположении духа, впрочем, как и она сама.
— Давай посмотрим следующие карты. Скай смотрела, как он раздает каждому из них по три карты. Она внимательно изучила свои карты, в конце игры у нее оказались два туза Она знала, что у Мэтта была по крайней мере одна двойка, две четверки, и, возможно, еще какая-нибудь карта, подходящая к одной из них по масти Если это все, что у него было, — она выиграет Ей ничего не оставалось, как рискнуть, надеясь на то, что других карт у него нет
— Давай, твоя ставка, — сказал Мэтт.
— Я ставлю — Она отсчитала спички, — еще три.
Мэтт усмехнулся, и его верхняя губа слегка приподнялась, показав ей целый ряд стройных белых зубов. Он порылся в спичках.
— Ладно. Беру твои три и ставлю две. Скай снова подумала, что Мэтт блефует:
— Ладно. Беру твои две и ставлю две. Мэтт без промедления кинул еще две спички
— Ну что ж, давай посмотрим, что там у тебя, — оживленно сказала она, почти уверенная в том, что выиграет.
Мэтт перевернул свои карты. Он не блефовал У него было две двойки и две четверки. Ее улыбка тут же исчезла. Девушка перевернула свои карты.
— У меня два туза. Ты выиграл.
— Не расстраивайся. В следующий раз ты выиграешь, — Мэтт усмехнулся и собрал в ладонь все спички, и потом, когда разжал руку, они посыпались на покрывало, образовав аккуратную горку.
Мэтт протянул девушке карты.
— Твоя очередь раздавать.
Скай никогда не умела хорошо тасовать, даже когда играла в карты со своей семьей. К тому же ей не приходилось этим заниматься в течение семи лет. Ее сестра всегда могла перемешать их так, что они ложились одна к одной, и умела так перекинуть их во время раздачи, что они ловко перелетали из одной руки в другую.
Скай попыталась перетасовать, но карты как следует не перемешивались. Она попробовала снова. Теперь ей это удалось, и она решила проделать это несколько раз, как это делал Мэтт, чтобы уж наверняка перемешать как следует. Во время четвертой попытки Скай почувствовала себя более уверенно и решила проделать трюк своей сестренки. Карты разлетелись в стороны и упали на пол и на кровать. Скай с огорчением смотрела на них, когда вдруг в комнате прогремел смех Мэтта. И вскоре они оба оказались на коленях на кровати и начали, смеясь, собирать со всех углов кровати эти пятьдесят две непослушные карты.
Когда карты наконец были собраны и лежали в центре кровати, одни картинкой вверх, другие картинкой вниз, Скай и Мэтт, все еще смеясь, отстранились друг от друга.
— Раздавай ты, — сказала Скай. — У меня не очень-то хорошо получается.
Мэтт потянулся за картами, взял их и подровнял колоду, но улыбка быстро сошла с его лица. Он снова сел на колени, но на этот раз его движение было очень чувственным. Сердце девушки подпрыгнуло. Карты, забытые, выпали У него из рук. Мэтт придвинулся к ней ближе и прижал коленями ее юбку, будто поймав Скай. Силы покинули ее, когда он провел рукой по ее обнаженным плечам и коснулся изгиба ее шеи
— Ты красивая, Скай, — прошептал он. — Очень красивая.
Его нежные, но загрубевшие руки гладили ее лицо, Мэтт слегка наклонился и привлек Скай к себе. Она вдруг почувствовала, что ее голова лежит на подушке, а упругое тело Мэтта оказалось на ней, его ноги обвились вокруг ее ног, прижимая их к постели.
Скай жаждала этого опасного, но восхитительного объятия. Волшебные прикосновения его рук, гуляющих по всему ее телу, вызывали в ней чувства, о которых она даже не подозревала. Губы Мэтта, решительные и страстные, зажигали в ней все растущее пламя желания, и она вцепилась в его сильную мускулистую спину, ожидая от него еще поцелуев и чего-то большего, хотя не совсем понимала, чего именно.
Его язык коснулся се языка, теплый, упругий и все более нетерпеливый. Скай ощутила, как в ней поднимается какое-то прекрасное чувство, что-то совсем не похожее на страх. Она не сопротивлялась, когда Мэтт стянул с одного ее плеча зеленое платье и скользнул по ее коже языком и губами.
Платье сползало все ниже и ниже при помощи его ласковых рук, пока его губы не добрались до ее груди. У Скай перехватило дыхание. Она впилась ногтями в его спину.
Мэтт снова опустился на колени и посадил ее на кровать. Его ловкие пальцы расстегнули пуговицы на платье Скай, казалось, гораздо быстрее, чем недавно застегнули их. Теперь ее