В объятиях ветра

этого с самой первой нашей встречи, — Тогда иди ко мне, Мэтт, — прошептала она, прижавшись губами к его шее, — иди же ко мне.
Скай обняла его ногами, слегка согнув их в коленях. Она сжала ноги вокруг его бедер и притянула Мэтта ближе к себе, ощущая, как его твердая плоть касается мягких складок ее собственной. Она нашла это прикосновение возбуждающим, новым и восхитительным.
Мэтт нежно обнял ее. Он легко разбудил в ней желание своими поцелуями. Скай доверяла своим чувствам. Теперь она совсем не боялась Мэтта. В их близости была красота. Впервые Скай не просто целовала его губы, а целовала их страстно, пытаясь узнать его так, как он теперь знал ее.
Когда он вошел в нее, Скай не испугалась, потому что одна часть ее тела инстинктивно стремилась к этому союзу. Она лишь почувствовала непродолжительную боль, и после этого в ней оказалась его горячая твердая плоть. Облегчение и блаженство разлились по всему ее телу. Наконец она была наполнена и понимала, как пуста она была до этого. Когда Мэтт начал двигаться внутри нее, всякое беспокойство уступило место сильному экстазу, который охватил ее всю и не хотел отпускать.
Вскоре и она начала двигаться вместе с ним в танце огня и желания, страсти и любви.
Когда его движения стали сильнее и нетерпеливее, Скай послушно последовала заданному им ритму и забыла о реальности. Она испытывала наслаждение. Он вознес ее на высоту еще более недосягаемую, чем до этого, еще более утоляющую ее жажду. С их уст слетел стон, когда они достигли полного удовлетворения, вцепившись руками друг в друга от восторженного безрассудства. Волны блаженства накрыли их одна за другой, пока постепенно не ушли, оставив их изможденными в объятиях друг друга.
Скай прижалась к груди Мэтта, не представляя себе, как могла она когда-то бояться его и желать, чтобы он ушел из ее жизни.
Мэтт лег рядом с ней, чтобы не давить на нее своим весом, но прижимался к ней всем своим телом. Он никогда не испытывал такой страсти, такого удовлетворения и знал, что Скай тоже ни разу не испытывала этого. Мэтт так долго ждал мгновения когда сделает ее своей, и теперь ничуть не был разочарован. Он понял, что, сделав ее своей, совсем не перестал желать ее. Он знал, что теперь будет желать этого снова и снова. Всегда.
Он поцеловал душистую, спутанную копну ее черных волос, зная, что они никогда не пожалеют о том, что произошло сейчас. Никогда он не чувствовал себя более совершенным, более мужественным, чем с этой женщиной. Он знал, что растворился в ее душе так же, как она растворилась в его теле.
На языке у него вертелись слова любви. Слова о браке. Слова, которые сделают эти мгновения вечными. Но они остались невысказанными. Мэтт боялся произнести их, потому что гораздо безопаснее было продолжать получать эту любовь и жить надеждой, чем произнести эти слова, рискуя потерять все сразу.
Поэтому Мэтт обнял Скай и снова подчинился жажде страсти. И уже совсем под утро они заснули.
Какая призрачная тень
Касается плеча моего?

Поезд набирал скорость, отъезжая от Ролинса. Скай казалось, что она почти летит, потому что ей ни разу до этого не доводилось ездить на поезде. Он слегка замедлил ход, проезжая между Исцеляющей Горой, но после этого снова понесся, как стрела, отвозя ее к месту назначения гораздо быстрее, чем ей того хотелось.
Мэтт сидел рядом с ней, глядя в окно и провожая взглядом проплывающие мимо пейзажи. Мэтт погрузился в свои мысли. Он не произнес ни слова в течение многих часов. Думал ли он о прошлой ночи и пытался ли он найти объяснение тому, что произошло между ними? Или же он думал об Элизабет? А если не о ней, то о какой-то другой женщине, о которой Скай совсем ничего не знала?
Прошлой ночью. Скай снова приснились орлы, и это стало ее беспокоить.
Кружение орлов казалось, на первый взгляд, спокойным и умиротворенным, но, увидев сон во второй раз, Скай сравнила их с собирающимися перед бурей тучами, казалось, что эти орлы обладают огромной силой, которая способна обмануть, погубить ее, поглотить ее, как поглотил один орел другого.
Скай взглянула на Мэтта. На его задумчивом лице не промелькнуло ни тени улыбки. Он и вправду выглядел озабоченным. Должно быть, Мэтт наконец почувствовал на себе ее взгляд, потому что обратил на нее внимание. Он поднес к губам ее руку и поцеловал ее в запястье. В это мгновение ожило все, что произошло между ними прошлой ночью. Его все еще задумчивый взгляд задержался на ней какое-то мгновение но вскоре Мэтт снова стал смотреть в окно и опять погрузился в свои размышления.
Может быть, ты погубишь меня, Мэтт Риордан? По всему телу Скай пробежала дрожь. Эта мысль