Практика всем факультетом в живописнейшем уголке мира — что может быть прекраснее? Вот только призывать духов клана было плохой идеей. Спровоцировать конфликт с местным правителем — еще худшей. А уж пробраться в Запретный лес — вообще верхом глупости! А ведь мы с Дарлой хотели как лучше! Кто ж знал, что это обернется столь безрадостными последствиями? И как теперь распутывать весь клубок проблем? Да и как отреагирует Реф, узнав то, что мне приходится скрывать?..
Авторы: Флат Екатерина
на утробный хохот, от зловония к горлу подкатывала тошнота…
Все прекратилось в один момент. Сильные мужские руки подхватили меня, и знакомый голос прошептал:
— Не бойся, моя драгоценная, все позади.
Я тут же открыла глаза. Алекс нес меня на руках сквозь туман. Но, кажется, вокруг уже не было мертвого леса, да и пропасти с живой тьмой тоже — просто умиротворенно клубящаяся завеса.
Наверное, не стоило удивляться тому, что мне снился Александр. Но меня настораживал не сам факт его присутствия, а то, что ощущения чересчур реальные. Все как наяву! И волнующее тепло его тела, и сам он не смутным образом, а совершенно как в реальности.
Алекс был в одних брюках, тоже босиком. Шел сквозь туман уверенно, будто точно знал нужное направление. Пусть я безмерно себя ненавидела, но после пережитого ужаса я ничего не могла с собой поделать. Страх был сильнее меня. Я не только не требовала у Алекса, меня отпустить, а даже наоборот: прильнула к нему, как к единственной защите от любого кошмара.
— Почему все так? — дрожащим голосом прошептала я. — Я ведь прекрасно понимаю, какой ты подлец. Прекрасно понимаю, как именно ты спровоцировал мои чувства к тебе. Но при этом… — я замолчала, не в силах озвучивать неизбежное.
— Ты все равно не можешь меня ненавидеть, — с улыбкой закончил за меня Алекс. — Скажу даже больше, — понизил голос до шепота, словно собирался поведать мне важную тайну: — ты любишь меня, Кира.
— Но ведь не по-настоящему, понимаешь? — я даже головой замотала. — Это лишь наваждение, которое навязывает мне страх. И я обязательно с этим справлюсь.
— Не справишься, моя драгоценная, — он поставил меня на ноги и, склонившись к моему лицу, произнес: — Я просто не позволю тебе с этим справиться.
Уже от одного многообещающего тона по коже побежали взволнованные мурашки. Или, может, от того, как близко мы сейчас с Алексом были. Казалось, он вот-вот меня поцелует. И как бы меня это ни бесило, я заранее знала, что просто не смогу его оттолкнуть!
Но Александр и сам медлил. Неспешно скользил пальцами по моим рукам, и уже от одного его прикосновения все саднящие царапины, оставшиеся после бегства через лес, моментально затягивались. А я просто стояла столбом и себя ненавидела. За то, что мне сейчас приятно. За то, что разумом все понимая, я все равно ничего не могу поделать с собственными чувствами.
— За что ты так со мной жесток? — я отчаянно смотрела в его глаза, силясь прочесть в них искренний ответ. — Я ведь перед тобой ни в чем не виновата.
— Почему же, виновата, — чуть холодно улыбнулся он. — Виновата в том, что я не могу жить так, как жил раньше. Меня все устраивало, Кира. Все было идеально. А потом появилась ты и разрушила мой идеальный мир. Теперь тебе придется за это расплачиваться. Но не волнуйся, моя сладкая, тебе понравится, — его обжигающий взгляд был красноречивей слов.
Я хотела ответить, но, как оказалось, Алекс не закончил.
— Ты еще как виновата. Ты виновата в том, что я не приемлю своего будущего без тебя. Словно без тебя моего будущего вообще не существует. Пусть ты этого не хотела, а я и подавно такого не желал, но ты стала неотъемлемой частью моей жизни. А я своего никому не отдаю.
Одной рукой он крепко держал меня за талию, второй зарылся в мои волосы, не позволяя отстраниться. И почти касаясь губами моих губ, жарко прошептал:
— Чувства к тебе сильнее даже одержимости. Я клянусь тебе всеми высшими силами, ты будешь принадлежать мне. Ты ведь уже почти моя…
— Сама по своей воле никогда не буду, — я старательно пыталась отрешится от его волнующей близости, которая еще больше обостряла проклятую влюбленность. — То, что я чувствую к тебе, ты создал с помощью моих страхов, и только на одном страхе это и держится. Это всего лишь наваждение, которое скоро окончательно пройдет, оно и так слабеет с каждой минутой. Я люблю Рефа, и тебе ничего не изменить.
— Почему же, — глаза Алекса нехорошо сверкнули, — я могу сделать так, что тебе будет некого любить. Ты спрашивала, почему я жесток, так вот, моя драгоценная, пока я не жесток. Пока я еще милосерден. Да, я немного схитрил на корабле, но я ведь не принуждал тебя влюбляться, и ты сама это прекрасно понимаешь. Любишь Рефа, говоришь? Так что же эта любовь подсознательно не помешала твоим чувствам ко мне?
Как же меня отравляли эти слова…
— Хватит! — я попыталась его оттолкнуть, но не тут-то было.
Он впился в мои губы жадным ненасытным поцелуем, но прежде чем чувства бы возобладали, я все-таки умудрилась вывернуться. От злости и отчаяния тут же залепила Алексу звонкую пощечину.
Изумление… В его глазах изумление читалось хоть и лишь мгновение, но так открыто, что сомнений быть не могло.
