Где грань между сном и явью? Что происходит в реальной жизни, а что — лишь плод воображения? Разве возможен контакт с потусторонним миром, если за гранью смерти не существует ничего? Попытка ответить на все эти вопросы стоила Дэвиду Эшу слишком дорого.
Авторы: Герберт Джеймс, Джеймс Херберт
— Может быть, это природный туман, — предположил он не очень уверенно, сам не понимая, почему старается объяснить явление естественными причинами. Неужели надеется, что она согласится с ним? И взаимные отношения представятся нормальными? Но надежда тут же растаяла, когда Грейс обернулась к нему со страхом в глазах.
— Что это значит, Дэвид?
Поскольку Эш и сам не знал ответа, он пропустил ее вопрос мимо ушей, а взял свою одежду и начал одеваться.
— Я хочу отвести тебя обратно к твоему отцу, — сказал он.
— Он знает, да? — Ее руки на мгновение замерли. — Мой отец имеет к этому какое-то отношение?
— Думаю, он может быть одной из причин. — Эш двинулся к ней, протянув руки, чтобы коснуться ее плеч. — Он был не честен с тобой, Грейс.
Она вырвалась, рассерженная, и встала с кровати, чтобы собрать остальную одежду.
«Она подозревает, — подумал Эш, наблюдая за ней. — Но не догадывается о собственном участии в этом». Он надел рубашку и нагнулся за туфлями и носками, а Грейс сидела на кровати и ждала его. Она казалась онемевшей, но он представлял, какой хаос смятения царит в ее голове. Эш зашнуровывал туфли, понимая, что сейчас ничем не может ей помочь, что, по всей вероятности, он все равно ему не поверит. Не в первый раз он проклинал свои экстрасенсорные способности, иногда позволявшие ему проникать в мысли других.
Закончив одеваться, он взял Грейс под руку и вывел из комнаты. Пока они шли через душный коридор, а потом спускались по лестнице, Эш удерживал себя от желания нарушить тишину и позвать хозяина или его жену. Проходя мимо бара, они увидели, что там пусто.
Следуя через большую свободную комнату к открытой двери на улицу, они испытали странное чувство, потому что тишина была оглушительной. Эш не мог сдержать свое воображение и представил, как выглядел постоялый двор сто лет назад — со своими дубовыми балками и обширным открытым камином, заполненный торговцами, фермерами, сельскими рабочими и местной знатью, — почти наяву услышал, как плетутся байки, из угла доносится смех, а хозяин у стойки выговаривает батраку за то, что тот перебрал эля.
— Дэвид?..
— Ты остановился, — сказала Грейс. — Ты к чему-то прислушивался.
— Я подумал… — Он потер руками лицо. — Не важно. Пошли.
Они продолжили путь через гостиницу, очевидно покинутую всеми, сосредоточившись на двери впереди, уже не отвлекаясь на порожденные игрой собственного воображения образы, и, добравшись до большой входной двери, опять остановились.
— Так мрачно, зловеще, — тихо проговорила Грейс, вглядываясь в желтоватую мглу. — И пахнет…
Стоящие напротив разноцветные машины еле виднелись за плывущим туманом; трава на лужайке казалась неяркой, почти серой. Эш прищурился, напряженно вглядываясь во мглу, через которую, как ему показалось, двигались какие-то темные фигуры. Было невозможно определить, были ли они на самом деле, потому что когда взгляд фокусировался на них, они словно растворялись в самом тумане.
Покидать убежище гостиницы не хотелось, но Эш понимал, что оставаться здесь нельзя. Что-то — он догадался, что это было нечто вроде гнева на происходящее в Слите — требовало идти к Локвуду и посмотреть в лицо отцу Грейс.
— Брать машину не имеет смысла. Скорее дойдем пешком.
— Тебе холодно? — спросил Эш, и она снова кивнула.
Он тоже ощутил холод, тот же озноб, что охватывал его в церкви Св. Джайлса. На мгновение подумалось, неужели Фелан все еще просматривает там записи.
Эш шагнул на улицу, а Грейс колебалась; ему пришлось снова взять ее за руку. Она пошла, прижимаясь к нему и крепко сжимая его руку.
— Ты видишь их, Дэвид?
Сначала он не понял, о чем это она, но потом догадался, что ее слова относятся к смутным очертаниям в тумане.
— Это ничего, Грейс, просто сгустки тумана.
— Это люди, — сказала Грейс.
