Где грань между сном и явью? Что происходит в реальной жизни, а что — лишь плод воображения? Разве возможен контакт с потусторонним миром, если за гранью смерти не существует ничего? Попытка ответить на все эти вопросы стоила Дэвиду Эшу слишком дорого.
Авторы: Герберт Джеймс, Джеймс Херберт
Одна фигура стояла рядом, на другой стороне дороги, у пустыря. Эш решительно двинулся к ней, оставив Грейс позади. Он смог различить очертания головы, плеч, остальное скрывалось в густой клубящейся мгле. Эш открыл рот, чтобы позвать этого человека, войти с ним в контакт. Но когда приблизился, фигура — или то, что ее напоминало, — просто улетучилась, превратилась в ничто.
Ошеломленный, Эш остановился посреди дороги, вглядываясь в место, где только что видел какой-то силуэт. Мгла клубилась, словно потревоженная порывом ветра. Эш почувствовал, что Грейс снова рядом.
— Я видела, — сказала она, хватаясь за его руку. — Оно исчезло.
— Этого не может быть.
— Может, Дэвид, ты сам знаешь. Разве ты не узнал кое-что об этом месте? — Прежде чем Эш успел ответить, она подняла руку: — О Боже! Смотри…
Эш проследил за ее пальцем и увидел, что желтоватые облака над прудом поредели и вода там выглядит вроде бы как обычно — спокойно. Но что-то в ней изменилось, что-то блестело на поверхности. И трава у берегов затвердела и побелела, словно… Он заморгал, не веря своим глазам… Словно покрылась инеем.
— Это лед, Дэвид, — Грейс все еще указывала туда. — Пруд замерз.
Оба вздрогнули от отдаленного крика. Это был слабый одинокий звук, как будто клекот орла над равниной. Грейс стиснула руку Эша.
Он перевел взгляд с замерзшего пруда и всмотрелся в лениво плывущий туман. Там появились новые серые фигуры, одни застыли совершенно неподвижно, другие медленно двигались.
— Пошли, — сказал Эш, обняв Грейс за талию.
— Мне страшно, Дэвид.
— Это видения; они не могут нанести нам вреда.
— Почему ты так уверен?
— Вред причиняет наш собственный страх. — Это были пустые слова, но в данных обстоятельствах Эш не мог придумать ничего лучше и добавил, чтобы как-то отвлечь ее: — Нам нужно добраться до твоего отца, Грейс.
— Ты так и не сказал, зачем?
— Думаю, что он сможет кое-что объяснить, — проговорил он наконец, надеясь умолчать об остальном.
— Почему же он не объяснил мне раньше? Ради Бога, ведь он же мой отец!
— Ты должна сама спросить его об этом.
— Что тебе известно, Дэвид?
Вопрос был задан тихо, но в его интонациях слышалась напряженность, и Эша это обеспокоило.
— Ты же ощущаешь мои чувства, Грейс, знаешь воспоминания и травмы, известные только мне. Могу сказать тебе лишь одно — твой отец долгое время обманывал тебя.
— Тогда пошли к нему, взгляни ему в глаза, — настаивал Эш.
— Он болен. Доктор Степли сказал, что его нельзя беспокоить.
— Тогда ты никогда не узнаешь правду.
Он видел ее замешательство, чувствовал ее внутреннее потрясение. Но вскоре к Грейс вернулась решимость.
— Ты поможешь мне? — сказала она, и Эш быстро обнял ее. Он поцеловал ее волосы и крепче прижал к себе.
Грейс отстранилась и, еще раз посмотрев ему в глаза, повернулась к дороге перед собой.
Они вышли на середину главной улицы, прислушиваясь, не едет ли какая-нибудь машина, но кроме стука своих ног по покрытию тротуара услышали только глубокую тишину. Туман, или мгла, собирался клочьями, то совершенно скрывая из виду здания за прудом, то открывая белые дощатые заборы, маленькие живые изгороди и домики с газонами за ними. Свет в окнах домов не горел, но Эш и Грейс знали, что внутри кто-то есть, что вся деревня не могла эвакуироваться, пока они спали. Так куда же все делись? Неужели все так перепугались, что сидят взаперти? Они тоже чувствуют угрозу? Под деревьями в конце пустыря сгустились какие-то тени, но когда Грейс и Эш приблизились, фигуры опять поблекли и растворились в тумане. Однако когда двое поравнялись с колодками и позорным
