Где грань между сном и явью? Что происходит в реальной жизни, а что — лишь плод воображения? Разве возможен контакт с потусторонним миром, если за гранью смерти не существует ничего? Попытка ответить на все эти вопросы стоила Дэвиду Эшу слишком дорого.
Авторы: Герберт Джеймс, Джеймс Херберт
звонил и звонил, и вот наконец в двери кабинета Кейт Маккэррик повернулся ключ. Дверь распахнулась, и Кейт, бросив у порога на пол сумку, подбежала к столу и схватила трубку.
– Алло! – задыхаясь крикнула Кейт. Послышался щелчок, и связь прервалась.
– Черт… – проворчала Кейт.
Он прислонился головой к стене и уставился в потолок. В висках стучало, от выпитого спиртного кружилась голова. Какое-то время он стоял, не двигаясь с места, потирая пальцами лоб и глаза. “Ну и черт с ними, Эш, – уговаривал он сам себя. – Пусть проделывают свои чертовы трюки и играют в дьявольские игры с кем-нибудь другим. Какое тебе до всего этого дело?”
– Вот именно, какого дьявола! – произнес он уже вслух.
Неужели он просто болезненно реагирует на происходящее? Неужели все дело в том, что он разозлился на Кристину за то, что она сбежала от него, не оставив даже записки, как будто то, что было между ними ночью, не имеет для нее ровным счетом никакого значения? Он вспомнил, как она хотела его, быть может, даже сильнее, чем он ее, с какой страстью прижималась она к нему всем телом. Он вспомнил, как в конце концов откликнулась на ее призыв его плоть, и он, поначалу растерявшийся и ошеломленный, занимался с ней любовью с таким же всепоглощающим желанием и страстью, как и она. Даже воспоминание об этих минутах было возбуждающим.
Но пожар! Эта мысль пронзила его и мгновенно вытеснила из головы сладострастные воспоминания. Получается, что огонь был не более чем плодом его воображения. Но этого не может быть, это невозможно! Он не мог выдумать эту жару, клубы едкого дыма. Господи! Что же в действительности произошло с ним в этом подвале?! “Выброси все это из головы, – настойчиво убеждал его внутренний голос. – Пусть они купаются в собственных несчастьях”.
Эш оттолкнулся от стены и нетвердой походкой направился к двери, стремясь поскорее оказаться на улице и вдохнуть холодного свежего воздуха. Он уже взялся было за ручку двери, но в этот момент она открылась и в вестибюль вошли двое – парень обнимал молодую девушку. Эш отступил в сторону, и парень, даже не взглянув на него, кивнул в знак благодарности. Они направились к бару – парень что-то шептал на ухо своей спутнице, а та тихо смеялась.
Эш вышел на улицу и поднял воротник, спасаясь от пронизывающего холода. Дверь за ним захлопнулась, отрезав от улицы уютный свет и тепло холла.
Увидев припаркованный к тротуару старый “Уолсли”, Эш буквально застыл на месте. Из темноты салона сквозь ветровое стекло на него пристально смотрела Кристина.
Он в нерешительности помедлил. Потом обошел машину и распахнул пассажирскую дверь. От резкого движения металлические петли заскрежетали. Дэвид наклонился и заглянул внутрь.
– Почему вы уехали? – в голосе Кристины слышался гнев.
– Почему я?.. Господи! Что я слышу?
– Вы никому не сказали, куда отправились.
– Мне некому было говорить! Что происходит, Кристина? Почему дом был совершенно пуст?
– Я задал вам вопрос, – резко сказал Эш.
– Мне хотелось, чтобы вы как следует выспались, я же видела, что вы совершенно измучены.
– Я спрашиваю вас, где вы были? – настойчиво повторил Дэвид.
– Подождите, куда это вы поехали?
– Обратно в Эдбрук, конечно, – ответила она, не отрывая взгляда от дороги.
– Я не уверен…
– Но вы же не собираетесь сбежать? После этой ночи, я имею в виду.
– То, что произошло между нами…
– Было весьма приятно. Разве сами вы не помните, как нам было хорошо?
– Мне трудно… Я очень неловко себя чувствую, Кристина… Я был так измотан, я, право, смущен…
Машина быстро проскочила по городку, миновала окраину и окунулась
