В поисках утраченного

нашего времени на четыре столетия, я не знаю. Мы легли спать в доме того самого Сильвестра в своё время, а проснулись связанными от того, что в нашу комнату ломились стрельцы. Вот такая история, хочешь, верь в неё, а хочешь, нет. Но по нашему виду тебе должно быть ясно, что я скорее говорю правду, чем лгу.
– Но ты сказал, что родился в Киеве.
– Да в Киеве, сейчас это другое государство, но живу я в Москве, сюда, в Александров, обращаю твоё внимание, в город Александров, а не в Александровскую Слободу, мы приехали вдвоём с Вероникой по заданию своего руководства, провести расследование, и по возможности подтвердить, или опровергнуть распространяющиеся слухи о таинственной Библиотеке Ивана Грозного.
– А он? – Молодой царь указал на Григория.
– Он? Он наш товарищ, прибыл в Александров раньше нас, в составе другой группы, до него было ещё две, все они пропали, и я теперь подозреваю, что они были точно так же как и мы переправлены сюда, здесь и замучены в подвале вашего Малюты. Нас отправили даже больше на поиски этих групп, нежели самой библиотеки.
– Так ты хочешь сказать, что библиотеку моего батюшки так и не нашли?
– Да, не нашли.
– Мне нравится твоя сказка, но представь, я готов поверить в неё. Но скажи, как ты думаешь теперь выбираться к себе?
– Не знаю, как только выйду на поверхность, найду этого Сильвестра, и спрошу его, как нам с девушкой и товарищем попасть назад. Поверь, что вести дознание я умею не хуже вашего Малюты.
– Я верю тебе, тем более что я знаю, люди ходят туда и обратно. Правда, Афанасий? – Молодой государь хитро посмотрел на мужичка, и тут Алексея как током ударило. Кафе и мужик бомжатского вида за их столиком, а особенно его взгляд. Он повернулся к Афоне и, схватив его за шиворот, развернул к себе. – Так это ты нас в Киржач направлял, зачем?
– Тихо, тихо, – осадил Алексея Иоанн, – здесь пока я государь и я принимаю решения кого казнить, а кого миловать. Так ты говоришь, что видел его в своём времени?
– Не мог он меня видеть, Государь. Как я могу сквозь годы ходить?
– Ты тоже молчи, за тобой давненько следят, и часто непонятно, куда ты деваешься, а потом откуда являешься. Лучше признавайся пёс, хуже будет! – Пригрозил он Афоне.
– Каюсь, Государь, есть грешок, брожу.
– Вот и выведешь их, что бы духу ихнего здесь не было. А про Либерию, прабабки моей, небось, её ищите, забудьте. Нет её, и не было никогда. Бесприданница прабабка была и ничего на Русь не привозила. А те, что батюшка мой собрал, тех книг никому не следует читать, ни в нашем времени, ни в вашем.
– Отчего, Государь? – Спросила Вероника.
– Оттого, что ересь там сплошная. Всё рассуждения у нас закончены, забирай их Афанасий, да выводи, потом придёшь, отчитаешься, и больше никаких хождений, нечего тебе там делать.
– Пощади, Государь, не могу я такого сделать.
– Отчего?
– Не властен я над людьми, только самому, получается, пройти, даже не могу одёжку носить, голяком появляюсь всякий раз.
– Тогда как они сюда попали?
– Это у Сильвестра надобно спросить.
– Хорошо. Тогда погостить вам у меня придётся, уж не обессудьте, но в народ я вас не выпущу, нечего люд добрый смущать. А как только Сильвестр объявится, сразу и переправим вас домой.
– Спасибо, государь, и на том. Что друга нашего лекарь посмотрит?
– Да, сейчас его заберут и отнесут к знахарке, она над множеством трав власть имеет, только она сможет его на ноги поставить.
Их разговор прервали открывшиеся двери, в них появился стражник.
– Ты как посмел? – Возмутился Иоанн.
– Государь вести срочные сверху, тебя Государь Иван обыскался, а ещё вестовой много новостей принёс. Говорит, что срочные.
– Клич вестового.
Стражник удалился и его место занял запыхавшийся мужик. Видимо он очень спешил донести до Иоанна новости дня.
– Сказывай, коль пришёл. Чего молчишь? Их не бойся, при них можно.
Вестовой отдышался и начал рассказ.
– Государь, страх, что творится в Слободе. Нынче ночью, из подвалов арестанты бежали, Малюту с Государем Иваном пленили и уши Государевой дорогой. Сказывают, что это не люди были, а демоны. Вяземский караулы везде разослал, в конец государевой дороги, что бы мол, ждали их, да они так из-под земли и не вышли. По следу ихнему по дороге Государевой, тоже стрельцы поехали, как только двери сломали, но не нашли никого, лишь Государь Иван, да Малюта-пёс на коне сидели. Руки связаны, во ртах кляпы и глаза завязаны, да ещё они меж собой связаны были, а беглецы, как в воду канули.
– И много их бежало?
– Да, поди все, что в подвале были, только вот многие назад вернулись. Там в Слободе нынче Вяземский наказал Столбы ставить и всех, что посмели бежать на столбы, а покуда, их в колодки посадили, да к каждому человека