В поисках утраченного

нет.
– Тогда, вот, что нужно просто ещё немного подождать и понаблюдать за ними. Если там кто-то есть, обязательно даст о себе знать.
– Понаблюдать-то можно, да вот времени у нас не так-то много. Ночи они хоть и стали длиннее, но всё равно пока ещё коротки.
Они вернулись назад к Веронике.
– Что случилось?
– В дом не попасть, всё закрыто, а шуметь нельзя, подождём ещё, вон за той дверцей понаблюдаем.
Они просидели ещё около часа. Когда дверца, что вела в подвал, потихоньку приоткрылась и оттуда появилась голова. Голова повернулась в стороны, оглядела округу, и вслед за головой из подклети вылез опричник, он ещё раз огляделся, потом заглянул назад. Следом показался ещё один человек в чёрном. Парочка размялась, прошлась по двору из стороны в сторону.
– Так что, брат Панфутий, как думаешь, спит уже бабка?
– Думаю, спит, чего ей ещё делать-то, деда нету.
– Тогда пошли до Курилихи сходим, а то совсем в этом подполе загнёмся.
– А как кто нагрянет, не ровён час?
– Да кто здесь может нагрянуть? Разве что черти по бабкину душу придут. Дед-то ейный у нас в подвале сидит, а те, что убёгли, то им явно дела нет до бабки.
– Может ты и прав Прохор, может и прав, да только боязно что-то. А как начальство прознается, что мы вместо того, чтобы стражу нести, к Курилихе бегали?
– А как оно прознается, коль ты ни кому не проболтаешь? – Хихикнул первый.
– Так с проверкой может нагрянуть.
– Не до проверок им теперь, им бы успеть всю Слободу перевернуть, да ещё надобно стражу нести, вона, слыхал, вроде как молодой царевич нагрянул, теперь не только Государя охоронять, а и его тоже надобно.
– Ладно. Уговорил чёрт. Уж больно хороша водка у Курилихи, иначе ни за что не согласился бы.
Парочка прикрыла за собой лаз и, обогнув дом, вышла на улицу.
– Интересно, есть там ход в сам дом или нет, и открыт ли он, – прошептал Алексей.
– Так пошли, посмотрим, – предложил Афанасий.
Но только мужчины собрались идти к лазу, как он вновь открылся, и из него показалась ещё одна голова.
– Это ещё что такое за явление? – Удивился Афоня.
Эта голова, как и прежняя, осмотрелась по сторонам, после чего начало появляться всё тело, Алексей присмотрелся. Это был ни кто иной, как Авдотья, собственной персоной.
– Слушай, друг, – прошептал он Афоне, – да нам сегодня, кажется, везёт.
Алексей бесшумной тенью рванул к дому, старуха как раз наклонилась, что бы прикрыть дверцу, когда он схватил её сзади, зажал рот и втолкнул обратно в подпол, следом за ним в подвал ворвался Афанасий.
– Слушай меня внимательно бабка Авдотья, – прошептал Мещеряков ей на ухо. – Сейчас без лишнего шума проходим к тебе в дом, и там у нас с тобой будет долгая, но полезная для нас обоих беседа, в противном случае я тебе прямо здесь горло перережу. Поняла? Если поняла, кивни. – Бабка часто закивала головой, – Вот и славненько, веди, да смотри без глупостей. – Он подтолкнул её кинжалом в бок.
Бабка провела их под домом к лестнице, что вела наверх. Алексей первым пропустил Афанасия, затем бабку, взобравшись сам, плотно прикрыл ляду.
Луна в эту ночь светила ярко и зажигать свет надобности не оказалось, они усадили старуху на стул, посреди комнаты, на всякий случай, привязав к нему.
– Ну, здравствуй, Авдотья Лукинична, гостеприимная ты наша. Что не ожидала меня увидеть?
Бабка сидела на стуле с широко раскрытыми глазами, она действительно ни как не ожидала видеть здесь Алексея, да ещё и в таком виде.
– Не губи, батюшка, не по своей воле, – запричитала она трясущимися губами.
– Это я сейчас проверю, по своей, аль не по своей. Если ты старая ведьма, сейчас же отправишь меня с моей подругой назад, я поверю тебе, если только слово промолвишь против, убью не задумываясь. Готова?
– Не губи, батюшка, всё сделаю, как скажешь, да вот только не могу я, не в моих это силах.
– Лжёшь старая, да я сейчас проверю, вот как только начну на спине у тебя ремешки вырезать, сразу правду скажешь. – Кричать было нельзя, и Мещеряков склонился над самым ухом старухи, на которое со злорадством и скрытой улыбкой нашёптывал, что он собирается сделать с Авдотьей, если та не согласится на его условия. – Не поможет это, тогда за пальчики твои примусь, ишь как их повыкручивало у тебя полиартритом, так я каждый суставчик разомну, а заодно и переломаю, каждый, по одному, что бы ты своими ручками больше ничего взять не смогла, у стариков косточки очень плохо срастаются. Что не веришь?
– Не губи, батюшка, ты же не такой как эти, ты же образованный человек, ты не сможешь так издеваться над старухой.
– Смогу, ещё как смогу, ты даже не представляешь, каким изощрённым методам добычи информации я обучен. Куда там Малюте с его средневековыми методами. Ты ещё умолять