Денис Сомов шесть лет успешно косил от армии, но когда военкомат прижал, делать было нечего, пришлось пойти на эксперемент в Сельскохозяйственном НИИ. Как итог ‘попал’ на цареву службу — в рекруты.
Авторы: Сим Никин
на путников желтым одуванчиковым зрачком, — из глазницы вылезла змея и ужалила его в ногу.
— Вот жешь, накаркал вещун, — покачал головой солдат. — А что это за болезнь такая у евонной лошади приключилась? Видывал я, как от какой-то напасти у скотины шерсть осыпается. А вот чтобы копыта отлетали…
Денис в ответ только пожал плечами.
Тут же, прямо у колодца и остановились на обед. Но долго расслабляться старшина не дал. Наспех поглотали горячую кашу, запили колодезной водичкой и двинулись дальше. За хутором путь пересекал большой овраг с довольно крутыми склонами. Северный склон, к которому вышли путники, порос редкой травою и обильно зиял меловыми проплешинами. Противоположный склон наоборот, густо зарос подлеском, будто кто специально засадил его деревьями. Дорога, которая и так была не широкой, теперь и вовсе превратилась в еле заметную тропу. И правду говорил камнеметатель Фимка, на телегах тут не проехать. Какие уж тут телеги, когда даже всадникам пришлось спешиться из-за боязни сверзиться с оскользнувшейся лошади, настолько крутой был спуск. Повезло еще, что погода стояла сухая. В дождь по этому меловому склону спускаться можно было разве что, скользя на заднице или катясь кубарем. Лошади по-любому переломали бы ноги.
Кое-как спустились вниз и остановились перед сплошной стеной густых зарослей. Молодые дубки и клены росли чуть ли не ствол к стволу. К тому же, все свободное пространство меж деревьями занимали кусты шиповника и лещины. Тропка наверх все же имелась, но как-то сомнительно было, что по этому узкому зеленому коридорчику смогут протиснуться лошади. Григорий многообещающе посмотрел на Фимку.
— У прошлом годе тропа поширше была, — тут же поспешно оправдался тот.
— Стороной обойти далеко будет? — спросил старшина.
— Мы в Масловку завсегда здесь ходили, — пожал плечами Фимка.
— Григорий Антипыч, давайте я со своей кобылкой попробую протиснуться? — подал голос Михаил. — Тут главное, чтобы у нее родимой бока меж стволов прошли. А то, может какой дубок срубить, дык не велика работа. Все лучшее, нежели обход искать.
— Давай, Михаил, — одобрил предложение старшина. — Токма, ежели что, топор об дубки тупить не будем. Пусть вона этот зубами перегрызает, чтобы знал впредь, как короткие пути указывать.
— Дык, я же как быстрее хотел, — обиженным тоном прогудел Фимка.
Михаил, меж тем, взял лошадь под уздцы и повел ее вверх по узкой тропе. Пройдя несколько метров вверх, они свернули вправо и пропали из вида. Лишь слышен был шорох ветвей, да треск попавших под ноги сучьев.
Вернулся солдат без лошади, привязал ее наверху.
— Пройти можно, Григорий Антипыч. Вначале только чуток крутовато, а потом ниче так, — сообщил он старшине. — Разе вьючную кобылку освободить от поклажи, бо есть несколько мест, где узковато.
Так и сделали. Старшина поначалу бурчал, чтобы кобылкину поклажу взвалили на Фимку, коли завел их в эдакую препону, но, когда мужики разобрали поклажу поровну, возражать не стал.
Далее подобные преграды больше не попадались. Приходилось несколько раз пересекать овражки и лога, но их склоны были пологими и не поросшими такими густыми зарослями.
День четвертый
Еще до полудня следующего дня, миновав очередной лесок, вышли к широкой укатанной дороге. А, поднявшись по ней на взгорок, увидели довольно большое селение, расположившееся по берегу реки. По окраине селения курились черным дымом несколько труб, отмечая места различного производства. В центре возвышался сверкающий позолотой церковный купол.
— Масловка, — произнесли сразу несколько голосов.
— Нешто мы и правда полк опередили? — озадаченно произнес старшина, глядя ниже по течению реки, туда где стояло какое-то длинное деревянное строение.
— Ну дык, — с гордым видом «дыкнул» Фимка, мол, вот так-то, а ты еще наезжал на меня.
— Штой-то подозрительно мне это, — не обращая внимания на Фимкин голос, сам с собой разговаривал Григорий. Еще раз окинув взглядом берег, он скомандовал: — А ну, шире шаг!
Не доходя до окраинных домов отряд свернул на дорогу, ведущую к длинному строению, что ниже по реке. Из него вышел какой-то человек и, закрывшись ладонью от солнца, смотрел на путников. По одежде в нем угадывался военный, и скорее всего офицер, что и подтвердилось при более близком рассмотрении.
— Подпоручик кажись, — прищурив глаза, всматривался во встречающего их офицера старшина, — Да штой-то молод больно.
Тот и в самом деле выглядел лет на шестнадцать, и если бы не форма, никоим образом не походил бы на военного человека. Отсутствие головного убора, беспорядочно растрепанные русые вихры и, самое главное, зажатая
