Денис Сомов шесть лет успешно косил от армии, но когда военкомат прижал, делать было нечего, пришлось пойти на эксперемент в Сельскохозяйственном НИИ. Как итог ‘попал’ на цареву службу — в рекруты.
Авторы: Сим Никин
Убедившись, что с дороги не видно, принялись исследовать трофеи. Повезло. Мешок сухарей и мешок сушеных абрикос, как там они называются у азиатов — курага или урюк? Впрочем, название без разницы, главное, есть чем набить желудки на ближайшее время. Но в основном подвода была гружена тюками с армейским обмундированием.
— Можно будет под турок маскироваться, — предложил солдат.
— Все заберем, — проговорил хозяйственный старшина. — Маскироваться — не маскироваться, а ежели придется задержаться в энтом подземелье, то на подстилки сгодится. Ружьишки трофейные тоже забрать надо. Есть теперь где прятать.
Распрягли и отпустили кобылку. После чего, прихватив оба мешка с провизией, они вернулись к новобранцам. Шли не напрямую, а загнули дальше по реке, дабы сбить следопытов, ежели такие у вражин окажутся. Потом по воде вернулись к оскорине. Михаил взял с собой четверых солдат и отправился за остальным добром.
И вот прошла неделя в наблюдениях за странными действиями врагов. В бессильной злобе наблюдали солдаты за тем, как их соотечественники гнут спины под турецкими плетками. Окончательно выбившимся из сил тут же отрубали головы, оттаскивали к отвалам у лесистого склона и засыпали вскрышным грунтом. Число погибших уже исчислялось десятками. Но на их место постоянно пригоняли новых крестьян или пленных солдат.
— Ничего мы так не углядим. Надо языка брать, Григорий Антипыч.
— Много ты от того языка узнал, что неделю назад заломали? Али, пока тут сидишь, по-турецки разуметь научился?
Солдат промолчал, но было понятно, что ему до смерти надоело бездействовать, наблюдая за страданиями русских людей.
— Да и ежели у них кто пропадет, они ж шерстить начнут округу. А ну, наткнутся на нашу пещеру, что тогда? — будто бы оправдывался перед ним старшина. — Если кого и брать, то из тех, что с нашими людьми общается. Они-то по-русски разумеют, вот их и надо примечать.
— Не видел я таких, — вздохнул Михаил. — Сколько смотрю, общаются с нашим людом только плетьми да карканьем своим бусурманским.
— А тот павлин европейский? — вспомнил Григорий длинного человека, изредка появляющегося на склоне. — Он вроде что-то объяснял людям, когда только начинали копать.
— Ды как же его взять-то? — почесал затылок солдат. — Это ж надо к ним в лагерь пробираться. В наш лесок-то щас турки даже по нужде не ходят. Не желают пачкаться, перебираясь через меловые насыпи.
— Надо будет, и в басурманский лагерь проберемся, чай мундиры ихние не зря раздобыли, — ответил старшина, понимая всю авантюристичность идеи. — Главное, точно знать, зачем пробираться. Ты давай иди пожуй малость да покемарь. А я пока тут присмотрю.
Отправив солдата, Григорий задумался. Его так же, как и Михаила раздражало их пассивное наблюдение. И ладно бы толк был какой. А то ведь за неделю ничегошеньки не выяснили. Куда этот мел турки вывозят? Зачем? А может, и не мел им нужен, а здесь что-то строить собираются? Ишь как ровно заставляют склон вытесывать. Вот какая стена меловая образовалась. Будто обрыв над рекой, только ласточкиных нор не хватает. И все же, надо будет отправлять кого-то, чтобы отыскал нашу армию да доложил о здешних странных делах. И получается, что кроме Михаила и некого. В конце концов решил старшина отправить вместе с бывалым солдатом и половину новобранцев. Здесь от них толку никакого. Оставить тех, что посообразительнее, а остальных пусть уводит.
***
Наконец-то у попаданца появилось время для того, чтобы осмыслить все произошедшее с ним. После того как, активно откалывая штыками грунт у ствола оскорины, солдаты освободили его из подземного плена, старшина подробно расспросил о меловом туннеле. Обдумав услышанное, Григорий отдал солдатам какие-то распоряжения, а сам двинулся указанным Денисом путем. Но выбившийся из сил первопроходец уже ничего не слышал. Разморенный теплым вечерним воздухом, заснул так крепко, что не чуял даже, как его ворочает Нифон, осматривающий и обрабатывающий раны. Проснулся лишь утром, перед самым возвращением старшины. Неловко повернувшись, тут же ойкнул, вспомнив про ушибленные ребра. Снова понадобилась помощь Нифона. Тот распустил уже изодранные джинсы на полосы и крепко перетянул парню грудь.
В течение следующих дней Денису приходилось несколько раз перемещаться по подземному туннелю, сменяя наблюдателей за раскопками в логу. Из-за травмы ребер он не мог забираться на оскорину, потому не допускался наблюдать за городом и караулить подступы к входу в пещеру на берегу.
Во время вахт на лесистом склоне балки попаданец несколько раз мысленно прокрутил все, что удалось узнать об этом мире. Получалось, что он находится не в прошлом того
