Денис Сомов шесть лет успешно косил от армии, но когда военкомат прижал, делать было нечего, пришлось пойти на эксперемент в Сельскохозяйственном НИИ. Как итог ‘попал’ на цареву службу — в рекруты.
Авторы: Сим Никин
что-то привлекло его внимание на той стороне лога, и, якобы пристально всматриваясь, прищурил глаза. Григорий попался на уловку и тоже уставился в том направлении.
— Дык это, — подал голос Фимка. — Это как избы, что ли, крытые? Соломой али чем?
— Металлочерепицей, — прошипел Денис, полыхая негодованием на этого вечно не по делу встревающего типа.
— Чем? — хором спросили его слушатели.
— М-м-м, — замычал он, прикрыв рукой рот, чтобы сгоряча не ляпнуть еще чего. Пальцы нащупали рану на щеке, что осталась от выбитой полковничьей пулей щепки. Жаль, что эта щепка не проткнула заодно и язык…
— В зуб стрельнуло? — сочувственно поинтересовался Фимка.
Попаданец, продолжая зажимать рот, пару раз энергично кивнул, радуясь спасительной подсказке, и даже еще раз притворно простонал.
— Ты энто, сальца соленого на зуб положи. Я завсегда так делаю.
— А ну пшел отсюда? — пшикнул на Фимку старшина. — Где он тебе тут сальца соленого возьмет?
Сконфуженный солдат шустро уполз в пещеру. Григорий, продолжая наблюдать за той стороной, периодически бросал взгляд на Дениса, но спрашивать больше ничего не спрашивал. Вероятно, поверил в больной зуб. Парень же продолжал старательно морщиться и зажимать рукою рот, мысленно давая себе обещание, впредь сорок восемь раз подумать, прежде чем что-то сказать.
Работы по углублению в меловой массив продолжались до поздней ночи. Рабочим и раньше давали на ночной отдых не более четырех часов. Вот и сегодня подняли, чуть только забрезжил рассвет. Денис, вновь сменивший Фимку, увидел, как двое солдат тащат чей-то труп к отвалам. Вероятно, бедолага умер во сне.
Проход значительно углубился. Работающие внутри каторжники почти не различались в тени.
Как только солнечный диск оторвался от горизонта, на площадке перед меловой стеной появились новые персонажи. Наблюдатель напрягся, пожалев о том, что старшина ушел проверить Нифона с Семеном. Теперь нужно все хорошенько рассмотреть, чтобы доложить во всех подробностях.
Появившиеся не походили на турок, но и явно не были каторжанами. Они о чем-то долго беседовали с европейцем, энергично жестикулируя руками. Речь их тоже отличалась от турецкой. Денису даже показалось что-то знакомое в долетающих обрывках фраз. Но неутихающий уже несколько дней западный ветерок заглушал звуки шелестом листвы. Когда высокий ушел, новички разделились. Двое принялись что-то замешивать в деревянном корыте, трое начали разбирать привезенные давеча бревна. Застучали топоры. Иногда звенела двуручная пила. Плотники порой грубо выдергивали пару человек из цепочки носильщиков мела и заставляли перекладывать бревна с места на место. Надсмотрщики на подобные действия никак не реагировали. Переложенные бревна тут же покрывались каким-то серо-зеленым раствором из корыта и оставлялись на просушку.
Когда все бревна были обработаны, пятерка после недолгого совещания вооружилась небольшими топориками и направилась к лесистому склону, прямо в направлении наблюдательной позиции. Перейдя через отвалы, плотники скрылись за зарослями. Сразу застучали топоры, судя по звукам срубающие мелкие ветки.
— Твою медь!
Денис вздрогнул от неожиданности. Увлекшись наблюдением, он не заметил, как вернулся старшина.
— Это что они затеяли? — тихо возмущался тот. — Нешто решили и с этой стороны поросль извести?
— Было бы логично, — машинально согласился новобранец. — Зачем им эти заросли рядом с секретным объектом?
Старшина, раскрывший было рот насчет слова «логично», тут же захлопнул его, пришибленный словосочетанием «секретный объект». Нет, смысл-то сказанного ему был понятен, но не положено было простому рекруту знать подобные выражения, а тем более походя использовать их в разговоре. Однако стук топоров заставил его задуматься о более насущной проблеме. Если турки действительно решили вырубить заросли, то, естественно, они наткнутся на их пещеру. А значит, нужно быть готовыми уходить в любой момент. Оставалось решить — ждать ли до последнего или постараться прихватить в качестве языка одного из этих дровосеков и уходить сразу.
Рубщики начали таскать к выработке охапки очищенных от листвы веток и раскладывать их будто для просушки. Предпочтение они отдавали тонкой и ровной лещине, но если попадались ровные побеги других деревьев или кустов, то рубили и их тоже. Стало ясно, что идет заготовка определенного материала, а не полная вырубка. Вероятно, турки довольствовались выставленными наверху лесистого склона караулами и не опасались нападения из зарослей. Но опасность обнаружения рубщиками пещеры все же осталась. Неизвестно, сколько этой
