Денис Сомов шесть лет успешно косил от армии, но когда военкомат прижал, делать было нечего, пришлось пойти на эксперемент в Сельскохозяйственном НИИ. Как итог ‘попал’ на цареву службу — в рекруты.
Авторы: Сим Никин
из зарослей неожиданно приобретенную подругу.
И вот теперь они втроем сидели у трупа незадачливого сексуального маньяка. Итог — у врага появился еще один повод искать их более тщательно, они по-прежнему голодные и со скованными ногами, у них появилась обуза в виде толстой девахи.
— Вы кто? — снова вопросила очнувшаяся от ступора девушка.
Денис уже разинул рот, чтобы в очередной раз съязвить, но товарищ опередил его.
— Беглые мы. Ночью из плена сбежали. Отсиживаемся вот тут, объяснил ей интендант и, будто жалуясь, добавил: — Пить и есть хочется — сил нету.
— Ой, я щас, — спохватилась Нюрка и шустро на четвереньках юркнула в кусты.
— Ты куда? — только и успел окликнуть Георгий, но та, на диво ни за что ни разу не зацепившись, скрылась за зарослями.
— Куда она? — переадресовал он свой вопрос Денису. На что тот даже не стал отвечать в рифму, просто выразительно посмотрел на товарища. Правильно оценив взгляд, Георгий смутился и принялся исследовать труп.
— Одежонка маловата, — забубнил он, оценивая добычу. — Да что ж такое! И этот штаны обгадил.
Штаны интенданту действительно требовалось сменить. Они и так были сильно изодраны, а после его выползания из обваливающегося убежища и вовсе болтались отдельными грязными лоскутами. Да и какая-нибудь обувка ему требовалась. Хорошо Денис еще тогда в подземелье переобулся в свои кроссовки, да так и остался в них. Выглядели они плачевно и мало чем теперь напоминали продвинутую спортивную обувь из цивилизованного мира, но все еще надежно защищали ступни от заноз и порезов.
Только рассматривая кроссовки, попаданец обратил внимание на отсутствие обмотки на его цепи. Вероятно, содралась под завалом. Надо бы что-нибудь сунуть под железные браслеты, чтобы не терли по лодыжкам.
Когда в кустах что-то зашуршало и послышалось пыхтение, товарищи даже не встрепенулись. Не потому, что догадались, что это возвращается Нюрка, а, наверное, потому, что перебоялись уже. Что-то внутри каждого из них изменилось, и они теперь и не боялись того, что попадутся басурманам в лапы, и не питали надежду на спасение. Не сказать, что им все стало все равно. Нет. Просто настрадавшееся сознание отгородилось от восприятия чего-то более дальнего, нежели сиюсекундные проблемы. Такое бывает с человеком, когда не видно края лишений.
Из кустов выползла Нюрка, снова ухитрившись не зацепиться платьем за колючки.
— Вот, — она вытянула вслед за собой седельные сумки и что-то типа кожаной фляги с деревянным горлышком, заткнутым деревянной же пробкой. Кивнув на мертвого крымчака, сказала: — Энтот с собой таскал. Может там есть что покушать.
— Попить точно есть, — Георгий ухватил сосуд и, выдернув пробку, сделал осторожный глоток. — Вода.
— Эй-эй, — глядя, как товарищ присосался к бурдюку, Денис вдруг тоже ощутил сильную жажду. — Не захлебнись. А то вся жратва мне одному достанется.
— Жратва? Где? Здесь? — отдав воду попаданцу, интендант взялся за исследования сидельных сумок.
Припав к горлышку, Денис пил теплую воду и наблюдал за тем, как Георгий потрошит сумки. Сперва он вынул тряпичный сверток, глухо позвякивающий чем-то металлическим, потом моток тонкой веревки и кинжал в ножнах, такой же, какой снял с пояса крымчака. В другой сумке обнаружил к их обоюдной радости несколько лепешек и завернутую в тряпку какую-то массу — то ли сыр, то ли брынзу. Втянув носом аромат, исходящий от этого молочного продукта, интендант тут же засунул в рот довольно приличный кусок и, блаженно закатив глаза, принялся с наслаждением пережевывать.
Некоторое время, все трое усиленно работали челюстями. Нюрка присоединилась к ним на правах равноправного партнера по уничтожению вражеской провизии и преуспевала в этом деле не менее прожорливого Григория.
Засунув в рот очередной кусок пресной лепешки, Денис потянулся к свертку и, дернув за тряпку, развернул. На землю, звякнув друг об друга, вывалились два трехгранных штыка.
— Ишь ты, русские, — удивился Георгий. — Чего это он их таскал?
— Они такими наших свинок покололи, — прошамкала набитым ртом Нюрка и вдруг всхлипнула.
— Не баись, Анют, — как-то по-отечески погладил ее по голове интендант. — Подойдет наша армия, и мы сами будем колоть их, аки свиней.
Денис подумал о том, что наша армия давно торчит за рекой, и пора бы ей уже начинать действовать. Но вслух ничего не сказал. Он смотрел на лежавшие на траве штыки, и в голове пыталась сформироваться некая мысль, будто бы связанная с этими штыками. Почему-то они ассоциировались у него с двумя отвертками… Почему? И тут вспомнил, как однажды помогал электрику вешать большую люстру в кабинете босса. Люстра состояла
