Денис Сомов шесть лет успешно косил от армии, но когда военкомат прижал, делать было нечего, пришлось пойти на эксперемент в Сельскохозяйственном НИИ. Как итог ‘попал’ на цареву службу — в рекруты.
Авторы: Сим Никин
минуту назад стянул Василису, и попытался сориентироваться в обстановке.
Вокруг шла отчаянная рубка. Однако непонятно было, с кем рубились забывшие вдруг о них крымчаки. Денис даже подумал, что наконец-то подоспели наши войска. Но как ни всматривался в дерущихся, видел только татар и турок. Турок? Турки рубятся с татарами? Что за чепуха? А где его товарищи? Оглянувшись, увидел сидящую на корточках, закрывшую голову руками Василису. Чуть поодаль лежал окровавленный Степан.
Рядом свалился с лошади турецкий воин с разрубленным у самой шеи плечом. Он смотрел на парня безумными глазами и что-то хрипел, выдавливая изо рта вместо слов кровавую пену.
До Дениса вдруг дошло, почему турки рубятся с крымчаками. Вероятно, в тот момент, когда татары ринулись на них, мимо проезжал отряд осман. Услышав выстрелы и увидев, как татары наскакивают с оголенными саблями на их соотечественников, за коих они приняли переодетых беглецов, турки ринулись на помощь. Поверить в такое стечение обстоятельств было трудно, но никакого другого объяснения, почему враги рубят друг друга, не приходило.
Озираясь по сторонам, попаданец снова перезарядил ружье. После чего взял кобылу за стремя и тихонько толкнул в сторону Василисы. Флегматичная лошадка послушно двинулась. Передвигаясь на корточках под прикрытием конского тела, подобрался к девушке.
— Василиса, — потянув за локоть, Денис отнял ее руку от лица. — Держись под брюхом лошади и осторожно двигайся за мной.
Та какое-то время тупо смотрела на него, затем в глазах появилось понимание, и она кивнула. Далее двинулись к Степану. Тот оказался мертв. Попаданец подтянул его ружье и запустил руку в сумку с боеприпасом, чтобы зацепить хоть сколько-нибудь патронов. Тут их лошадка вздрогнула, переступив. Что-то ударило парня по голове, сбив феску. Он отклонился в сторону и оглянулся. Оказывается его головной убор сбила рука мертвого крымчака, свалившегося поперек их лошадки. Лошадь покосилась глазом на неожиданный груз и равнодушно отвернулась. Пересыпав пяток патронов в свою сумку, попаданец потянул за стремя дальше.
Постепенно выбрались из гущи сражения. Денис с удивлением обнаружил, что в схватке принимает участие куда большее число воинов, чем он предполагал. Он не мог знать, ибо не видел, что изначально на крымчаков напала полусотня турецких всадников. Однако его предположение о том, что османы кинулись на татар, увидев как те рубят их соотечественников, было верно. Хоть турецкие воины и были вооружены ружьями, но стрелять не решились из-за боязни попасть в своих. Поэтому ружья остались притороченными к седлам, а в ход пошли клинки.
Не видел Денис и того, что практически одновременно подоспел новый отряд крымчаков, числом не уступавший турецкому. Татары в свою очередь, увидев, как турки напали на их соплеменников, ринулись им (соплеменникам) на помощь.
— Ай! Алла сакласын! — услышал попаданец над головой и, взглянув вверх, увидел злобное лицо и занесенную над ним окровавленную саблю.
Грохнул выстрел и замахнувшийся татарин выронил клинок и завалился назад. Оглянувшись, парень увидел опускающего ружье Георгия. Тот стоял рядом с Нюркой, которая держала под уздцы татарскую лошадку. У их ног один поперек другого лежали турецкий воин и крымчак.
— Чок ийи! — отсалютовал саблей интенданту подскочивший вдруг турецкий всадник. Он, похоже, намеривался сразить застреленного Георгием крымчака, но не успел. Глянув на Дениса и укоризненно покачав головой, осман врубился в гущу боя.
— Дионис! Быстрее! — послышался крик Лексея. Он вырвался из толчеи схватки на вороной лошади, держа в руке окровавленную саблю. — Сюда еще басурмане скачут.
Сквозь совсем уже опустившиеся сумерки было видно, что со стороны лагеря действительно приближались всадники. Нужно было срочно уходить. Попаданец скинул с прикрывавшей их лошадки труп крымчака и заставил Василису залезть в седло. Ее тут же с двух сторон взяли под опеку Лексей и Георгий. Рядом гарцевала, успевшая взгромоздиться в седло Нюрка. В ее руке вместо сабли было ружье, которое она держала за ствол, вероятно предполагая использовать его в качестве дубины.
Все ждали только Дениса. Он осмотрелся. Рядом находилась лошадь застреленного Георгием крымчака. Татарин валялся рядом, задрав запутавшуюся в стремени ногу. Попаданец попытался высвободить ее, но не тут-то было. Лошадь, косясь на труп, фыркала и постоянно отступала в сторону, натягивая стремя и волоча мертвеца за собой. Чтобы освободить ногу, Денису пришлось бы приподнять татарина, но на это у него не было ни времени, ни сил.
Закинув ружье за спину, кинжалом перехватил стремянную веревку и, схватившись
