Марина Ольховская увидела князя Загорского впервые в саду Смольного института, куда молодой офицер проник для тайной встречи с одной из воспитанниц. Юная смолянка после мечтала о нем долгие годы, надеясь, что настанет тот день, когда они соединят свои руки и сердца.
Авторы: Марина Струк
они встречали в этот час на своем пути, не заметили, как она постепенно начинает раздражаться поведению Анатоля. — Не могу определиться — оскорбиться ли мне на нее или нет. Ты ведь сам говорил мне, qui évoque le passé s’en repent
.
— Все-все, d’accord
, я хватил лишку, — Анатоль остановился, развернул ее к себе и поцеловал каждый пальчик ее руки, что держал сейчас в своей ладони. — Признаю свою вину. Простишь мне?
— Qui évoque le passé s’en repent, — повторила Марина свою фразу, а потом добавила. — На нас все смотрят.
— Пусть, — улыбнулся Анатоль. — После славы самодура и бешеного ревнивца мне сейчас совсем не помешает огласка как о безумно влюбленном в собственную супругу.
Его улыбка несколько погасла, когда они увидел, что взгляд Марины устремлен на другой берег Фонтанки. Там среди немногочисленных прохожих верхом ехал офицер. Даже с такого расстояния Анатоль узнал в нем Загорского. Тот тоже заметил их, приостановил коня на пару мгновений и, коснувшись фуражки двумя пальцами в знак приветствия, поехал далее.
— Интересно, он из дома или только домой? — усмехнулся Анатоль. — Похоже, наш герой reprend ses anciennes habitudes
.
Он повернулся к жене и заметил, как та буквально побелела от злости.
— Qui évoque…? — едко сказала она и, почти вырвав ладонь из его руки, подобрала юбки и быстрым шагом направилась к коляске, с козел которой уже спрыгнул кучер, чтобы помочь ей сесть. Анатоль же постоял немного, подставив лицо пригревавшему уже почти по-летнему солнышку, словно раздумывая, как ему следует сейчас поступить. Потом решительно шагнул к экипажу и уселся рядом с супругой.
— Трогай, — приказал он кучеру, а затем повернулся к Марине. — Прости меня в который раз. Просто иногда так трудно бывает отпустить.
О, я это знаю не понаслышке, хотелось сказать Марине, напомнив на то, что Анатоль удержал ее подле себя насильно, но не стала портить их благостный настрой, который и так уже слегка погас в последние минуты.
Муж почти весь путь до особняка смотрел на нее так пристально, что ей стало неуютно под его взглядом.
— Что? Что такое? — спросила Марина его, слегка взволнованно. Он лишь улыбнулся ей и провел пальцем по ее щеке.
— Когда ты мне скажешь? Когда? — прошептал он, но Марина отвела взгляд от его глаз, зябко повела плечами.
Сказать что? Каких слов он ждет от нее? Слов любви? Нежности? Прощения? Она пока не была готова произнести их. Даже не была уверена, что когда-нибудь произнесет. Слова прощения быть может еще, но любви…
— Не требуйте слишком многого, — прошептала Марина тихо, но Анатоль ее услышал, сжал руки в кулаки. — Довольствуйтесь тем, что есть…
Марина с улыбкой приняла бокал оранжада из рук молодого Бехтерева и с удовольствием отпила прохладный напиток. Последний танец — мазурка — заставил ее сердце так бешено колотиться, что она долго восстанавливала сбившееся дыхание.
— Вы очаровательны, сударыня! — с явным восхищением в голосе прошептал ее кавалер по мазурке, Бехтерев. — Вы поистине сама грация!
Марина улыбнулась ему в ответ, на мгновение встретившись с ним глазами и тут же отведя взгляд в сторону. Ей льстило восхищение этого молоденького поручика, его обожание, которое так и светилось в его глазах. Значит, она пока не потеряла в своей красоте ни доли, несмотря на неюные годы да и небольшие морщинки, что она нынче поутру так долго разглядывала в зеркало. Все же уже скоро ей минет двадцать пять, но она по-прежнему окружена поклонниками, несмотря на многочисленных юных красоток в этой бальной зале имения Юсуповых, только-только выпорхнувших в большой мир света из детских комнат.
Этот факт только прибавил Марине настроения, и она снова улыбнулась, не в силах удержать в себе того ощущения слепой радости, разрывающей ее грудь. Она сама не понимала, что с ней сейчас происходит, но те чувства, что нынче переполняли ее, ей были по нраву. Она чувствовала себя дебютанткой впервые выехавшей в свет, словно для нее было в новинку все происходящее в этой бальной зале, ярко освещенной огоньками свечей в хрустальных люстрах.
Не было наблюдающего внимательного взгляда Анатоля, и потому Марина могла позволить себе отдаться целиком танцам и неспешным беседам, полным легкого и непринужденного флирта, со своими кавалерами, окружившими ее, как только она прибыла в имение Юсуповых. Некоторых из них она
