Марина Ольховская увидела князя Загорского впервые в саду Смольного института, куда молодой офицер проник для тайной встречи с одной из воспитанниц. Юная смолянка после мечтала о нем долгие годы, надеясь, что настанет тот день, когда они соединят свои руки и сердца.
Авторы: Марина Струк
что Анна Степановна взяла в свои руки бразды правления в их доме, что позволило ему более не занимать себя такими скучными вопросами, как ведение дел имения. Все, что его интересовало отныне, — охота и его любимейшие собаки (по которым он чертовски скучал сейчас) и игра в карты. Честно сказать, последнее довольно редко удавалось ему в губернии — Анна Степановна зорко следила за тем, что происходило в игорной комнате, даже если была в другом конце дома, и как только он входил в азарт, находила любые предлоги удалить его из-за стола. Но тут в Петербурге…
Прозвенел дверной колокольчик и отвлек Александра Васильевича от его мыслей, в которых он уже давно считал ставки. Еще мгновение — и гостиная наполнится голосами и смехом, войдут гости и шумно вбегут задержавшиеся дочери, которым сегодня позволили принять участие в ужине, подадут легкие напитки. Но пока в этой комнате только он да Марина, которая смущенно теребила нитку жемчуга у себя на шее.
— Ты грустна, ma cheri
. Отчего? — вдруг решился спросить Александр Васильевич у дочери. Он редко позволял себе откровенные разговоры с дочерьми, особенно младшими, выросшими целиком и полностью у маменькиной юбки. Да и потом — о чем говорить с особой женского пола? О тряпках? Это вам не наследник, с которым можно обсудить последние политические новости или просто поговорить об охоте.
Хотя с Мариной он нашел общий язык, и именно на почве охоты, пристрастив ту к ней за те три года, что она провела в Ольховке. Она довольно споро загоняла зайцев и научилась метко бить в глаз белок, что вызывало невольное уважение у ее отца. А уж когда Марина сама завалила вепря одним точным выстрелом…
После этого случая Александр Васильевич стал нечасто, но допускать ее в свою святая святых — кабинет, что вызывало явное неудовольствие его супруги. Они играли в карты на палочки и обсуждали последние новости губернии. Только вот здесь, в Петербурге, они так и не смогли сохранить те доверительные отношения, что сложились у них в Ольховке. «Что позволительно в губернии, не всегда пристало в столице» — заявила Анна Степановна, да и своего кабинета у него в этом доме не было.
— Грустна? — откликнулась Марина. — Нет, папенька, я не грустна…
Повинуясь порыву, Александр Васильевич вдруг спросил:
— Скажи мне, как родителю, милая — тебе по сердцу его сиятельство, за которого так радеет твоя матушка?
Марина подняла глаза на отца и внимательно посмотрела на него, словно пытаясь понять, почему он задал этот вопрос. Затем она улыбнулась:
— Не беспокойтесь, папенька. Я уверена, его сиятельство вполне способен составить мое счастье.
В это время открылись двери, и спешно вошли Анна Степановна с дочерьми и Софья Александровна, задержавшаяся в кухне за последними распоряжениями, как раз за мгновение до вступления в комнату гостей. Последовал неизбежный обмен приличными к месту любезностями, завязалась неспешная светская беседа в ожидании момента, когда позовут за стол — обсуждали недавний бал, премьеру в Александринском театре, полушепотом — новое увлечение императора.
Позвали за стол, и вся компания переместилась в парадную столовую. Напрасно волновалась Софья Александровна — повариха ее не подвела, и гости с удовольствием отдавали дань кушаньям на столе да винам из погреба. Марина исподтишка наблюдала за Ворониным и пыталась определить, каково ей будет с ним провести жизнь бок о бок.
Он не был красив, но весьма обаятелен, особенно когда улыбался. Он был умен. Он умело поддерживал застольную беседу и к месту шутил, что, несомненно, являлось результатом его службы при дворе, где он занимал должность флигель-адъютанта Его Императорского Величества. Он имел неплохое состояние и титул, что было немаловажно. В целом, он был самой лучшей партией, что только могла быть у провинциальной бесприданницы.
Сможет ли она полюбить Воронина? Судя по тому, сколько у него друзей и какие люди дарят ему свое расположение (взять хоть тех же Вильегорских), можно смело сказать, что он весьма неплохой человек. Да и еще один заботится о судьбе своей младшей сестры с ее младенческих лет после смерти родителей двенадцать лет назад, а это свидетельствует о том, что он очень ответственный человек.
Он станет прекрасным мужем. Что ей еще надо? В конце концов, любовь — нечто эфемерное и недолговечное. Взять хотя бы маменьку с папенькой. Они так любили друг друга, что она решилась покинуть ради него отчий кров, а закончилось все так печально — Марина готова на что угодно биться, что ее родители более не питают теплых чувств друг к другу.
Да, брак и не требовал этого, лишь взаимное уважение супругов да привязанность, но ей так хотелось, чтобы
