Марина Ольховская увидела князя Загорского впервые в саду Смольного института, куда молодой офицер проник для тайной встречи с одной из воспитанниц. Юная смолянка после мечтала о нем долгие годы, надеясь, что настанет тот день, когда они соединят свои руки и сердца.
Авторы: Марина Струк
уколоть побольнее, вот и доигралась. Прости, прости…
Она снова ударилась в слезы, и Сергею пришлось успокаивать ее. Он отнес ее в постель и, уложив, сел рядом, гладя ее волосы.
— Если ты думаешь, что мне не больно, ты ошибаешься. Мне больно и горько, что так сложилось. Ты всегда останешься частью моей жизни.
— Я хочу остаться в ней в настоящем, а не в прошлом, — прошептала сквозь слезы Натали.
— Натали, милая Натали, я мы не можем себе этого позволить. Если любовь ушла, то ее лучше отпустить, чтобы не мучить друг друга.
— Я согласна даже мучиться, лишь бы быть с тобой, — неумолимо твердила она. — Я ничего не хочу сильнее, чем остаться с тобой. Мне нет жизни без тебя… нет жизни…
Уже проваливаясь в сон, Натали прошептала:
— Она принесет тебе лишь горе, я чувствую это… не в моих силах уберечь тебя.
Загорский еще долго сидел у ее постели, с нежностью глядя в лицо той, что когда-то любил. Сейчас, когда она провалилась в глубины сна, она стала так похожа на ту девочку, что когда-то украла его юное сердце, и ради которой он готов был оставить семью. Она знала его, как никто другой, и если бы все сложилось иначе, стала бы ему прекрасной супругой — всепрощающая и все понимающая. Да, со временем он охладел бы к ней, но ведь любовь и верность не входят в основы счастливого и долгого брака, n’est-ce-pas?
Ему было жаль, что он причинил ей столько горя и боли. Он знал, что она говорила правду, и быть может, ни одна женщина не будет любить его столь безрассудно, как она. Но именно ее любовь и тяготила его, мешала ему…
Да, Загорскому было о чем подумать той ночью.
А поутру, когда он хмурый одевался для поездки в Царскую Славянку, принесли то, что окончательно убедило его в своей ничтожности.
Маленький пакет с короткой запиской, но они заставили его почувствовать себя последним из существ, а совесть — приняться грызть его с удвоенной силой.
Пакет он оставил, уходя от Натали, на подушке рядом с ее головой. В нем находилась та бархотка с камеей. Одна из фамильных драгоценностей семьи. Одна из тех, что так нравились Натали. Он рассудил, что ей будет приятно иметь ее. Как видно, он ошибся.
«Mon bonn prince
,
я возвращаю тебе то, что ты имел неосторожность забыть у меня. Ты, верно, забыл, что я — та единственная, что любила тебя, как Сергея Загорского, а не как его светлость вельможного князя.
С вечной любовью к тебе, Natalie»
Анатоль с большим удовольствием сбросил форменный китель и с наслаждением почувствовал, как легкий ветерок из открытого окна похолодил его спину. Все-таки мундир не самая лучшая одежда в такую жару!
Он расправил плечи и потянулся. Ночь, проведенная в адъютантской на узкой оттоманке, все-таки давала о себе знать несильной болью в мышцах. Боже, ну когда же там поставят обещанную складную кровать! Пусть тоже не особо комфортно, но, по крайней мере, он на ней будет помещаться целиком, а не пытаться всю ночь вместить свое немаленькое тело на узкое ложе.
Анатоль прошел к столу и принялся просматривать утреннюю почту. Приглашение на раут, карточка с пометкой о визите, прошение, прошение, карточка, прошение… Он отбросил от себя бумаги, разметав их в беспорядке по столу.
От нее ничего не было.
Нет, дело не в том, что он надеялся получить что-то… Черт возьми, неправда! Он все-таки надеялся. Раньше она писала ему коротенькие записочки с благодарностью за цветы, билеты в театр, на музыкальный вечер. Это придавало их отношениям некий оттенок интимности и позволяло ему надеяться на ответные чувства. А теперь — ни строчки…
Анатоль не видел ее уже несколько дней — ему пришлось уважить просьбу одного из флигель-адъютантов и заменить того на дежурствах, заодно отбыть, конечно, и собственные. Он на пять дней выпал из собственной жизни и чувствовал, что это не пройдет даром.
Он вспомнил свою последнюю встречу с Мариной. Она состоялась по их приезду в имение Арсеньевых. Анатоль самый первый из их знакомых прискакал с визитом, что вызвало насмешливую улыбку его друга.
— Не видел тебя просто вечность, — проговорил Арсеньев, усаживаясь в кресло. Он приказал лакею подать прохладительные напитки и пригласить в гостиную барыню и гостью.
— Переезд на лето занимал все наше время, — ответил ему Анатоль. — Ты даже не представляешь, как это хлопотно!
— Как здоровье Их Императорских Высочеств?
— Слава Всевышнему, здоровы. Только здоровье Александры Николаевны вызывает опасения. Все никак не пройдет
