В теле пацана . Части 1-7

палец…
Я ещё не закончил здесь. А во дворе уже слышно, как врывается карета с моими бешеными снегурочками по отчаянное ржание лошадей и звон колокольчиков.
— Ты поплатишься, Дед мороз, — кряхтит Шейла, принимая пробку в свою разработанную задницу. — Оооо. Как неловко — то а.

— Он здесь! — Визжит Шейла, опускаясь обратно в бассейн уже с занятыми дырками.
— А это было не обязательно, — отвечаю ей с укором и рвусь прочь, да поскорее!!
Прячусь в кусте, откуда свалил «заяц», его следы в дальнейшем должны будут сбить этих оторв с толку.
Спустя несколько минут выскакивают к бассейну сразу пятеро! Воительницы в голубых шубках с белоснежными пушистыми воротниками и шапками под стиль снегурочек просто шикарны, особенно, когда понимаешь, что у них ещё и чулочки. Косы толстые, макияж сногсшибательный.
— Так? Лиса? Пойманная? — Нависает над Шейлой слегка взмыленная Лихетта.
— Не обязательно, — говорит вызывающим тоном Зоррин и маску лисы на пальце крутит.
— Не верите? — Хмыкает Шейла безрадостно.
— Нет! Вылезай! — Выпалила вдруг Мунира, прожигая голубыми глазищами.
Шейла, нехотя полезла из воды вновь, явно пожалев, что забила на игру в самом её начале. Девки поставили её раком и начали рассматривать промежность, комментируя всё с усмешкой.
— Смазки много лишней, Крис добряк, до сих пор просачивается, — усмехнулась Лихетта, шлёпнула пару раз по ягодицам королеву и отпустила обратно купаться.
— Нет уж, я, пожалуй, пойду в дом, — пробурчала Шейла, красная, как варёный рак. И стала одеваться, а затем ещё прошипела: — попадитесь мне ещё вне особняка, проститутки разукрашенные.
— Гуляй, гуляй! — Выдала надменно Туллия с руками на боках и снегуркам своим: — До полуночи ещё час с лихвой. Никуда он от нас не денется.
В озабоченных снегурок полетели комки снега из — за моей спины! Обернулся. Таинственная пакостница в маске зайца снова нарывается!
— Иди сюда!! — Воскликнула Рики и рванула впереди всех, заметив на меня!!
— Ловите Деда мороза! — Завизжали от души так.
И подрапал я со всех ног куда глаза глядят! Ведь правила Особняка гласят, что они могут со мной всё… что угодно сделать! До «Нового года», конечно, пока полночь не пробили часы.
Но это ж следопытки опытные. Ладно там разбойников, чтобы отомстить выслеживали. Не с таким энтузиазмом, как сейчас!!
— Готовь свою прокаченную задницу! — Гогочет Лихетта и своим. — Хлысты взяли?
— Обязательно, мам! — Злорадствует Зоррин.
Услышав такое, как стрекозёл по сугробам полуметровым и метровым понёсся. Очко играет, ой играет!
Нет, млять, я на такое не подписывался! Надо было не давать волю всяким там извращенкам.
Оббегаю ёлки и ёлочки. Домики гостевые зигзагами. А эти не отстают, с трёх сторон заходят! Ещё и улюлюкают сучки крашеные.
— Готовьте мой накладной фалл! — Раздаётся от Лихетты.
— Да я его уже одела, мам! — Заявляет Исидора, заходя сбоку.
— Охренели что ли⁈ — Кричу уже я, едва не спотыкаясь о коренья в снегу какие — то млять. — На море тирское сошлю прямо в шубах!
— Ой, всё, завопил, как девочка, — ржёт Зоррин, заходя с другого фланга.
Вот как с ними после военного опыта справляться⁈ Это ж профессиональные убийцы и лучшие разведчицы. А ещё они аморисок на хвостах своих вертели в фантазиях!
Мчу до нужного домика, стоящего на втором геотермальном источнике. Погоня понимает, что сам себя в угол загнал, поэтому уверенно замыкают кольцо и не сильно уже торопятся.
А тут и «заяц» под ёлкой прячется. Вижу, новую верёвку протянул. Хочу перешагнуть, а дальше яма засыпала. Вот же хитрая.
— А ну иди сюда, сучка, — рычу на неё и рвусь в обход ловушке схватить.
Успевает отскочить прытко, бегу за ней, да понимаю, что нарвусь на суккубок. Поэтому просто даю пинка под зад. Улетает девка прямо в сугроб с головой. Наверное, это и спасает от обнаружения снегурочками, которые с удовольствием над ней надругаются, если я ещё не раскрыл.
Ускоряюсь, изменив вектор движения и используя последнюю возможность ускользнуть от самых резвых. Рики вроде самая мелкая, а по сугробам скачет, как длинноногая лань.
Забегаю в домик! На ходу скидываю парик, бороду, шубу, штаны, свитер, рубаху. Оставаясь в одних трусах, выскакиваю в главную комнату. Продолговатое помещение в тусклом оранжевом свете уже готово