В теле пацана . Части 1-7

с видом на сплошные хребты гор, вершины которых почему – то отсвечивают белым. Словно с другой стороны долины огромный прожектор. А может, это какая – нибудь луна, которой я ещё не видел? Интересно, сколько загадок нового мира мне предстоит разгадать?
– Прошу, лорд Кристиан, – указывает рыцарь на большую, открытую беседку со скамейками и столом.
Принцессу уже вижу, под гирляндами сидит на длинной скамье в пышном платье кремовом свадебного вида, кудри светлые каскадами падают на грудь. Шнуровка на груди распущена, грудь третьего размера практически вываливается. Похоже, она уже сама расшнуровала. Смотрит на меня исподлобья глазами хищными.
Лёгкий жест рукой, будто комара прогнала, и рыцари уходят спешно.
Ступаю на деревянный пол, оценивая, как она подготовилась. Стол уже накрыт: вино, закуска и всякий десерт.
– Ваше молниеносное, – исполняю реверанс.
– Не кланяйся, когда мы одни, – заявила надменно и поднялась. – Устала сидеть, хочу покидать с тобой бумажные самолётики.
Несчастная она какая – то. Когда не кривит мордашку, очень красивая, милая и привлекательная. Не сумел сдержаться.
Навстречу иду, уже вижу, что в глазах недоумение. Но я всё равно приближаюсь и обнимаю её, хватая за талию. Напряжённое тело расслабляется, и Ангелина обнимает в ответ.
Отстраняюсь немного и целую её в румяную щёку. Почему бы и нет?
Стоит коснуться губами её щеки, аквамариновые глаза закатываются от удовольствия. Но она быстро возвращает самоконтроль. Взгляд становится злым. А я отступаю, убирая руки.
– Что на тебя нашло? – Говорит спокойно. – Если кто обидел, только скажи.
Ничего не говорю в ответ. Беру её за руку. Охотно сжимает мою ладошку и идёт со мной к каменным перилам.
– Я передумала, – заявляет вдруг и тащит меня дальше по периметру, не выпуская руки.
Уходим в темень под деревья, где нет гирлянд. И мне вдруг становится не по себе, ибо я помню историю о бастарде Морисе, который за свой поцелуй в итоге скончался.
– Ты изменился, – раздаётся от неё обычным, даже милым голосом, пока шагаем по вымощенной дорожке. – Как смерть познавший, стал мудрее. Уже не бегаешь по садам с дураком Чейсоном. И не играешь в игрушки с ущербной Линой. Магией овладел весьма неожиданно. Познания новые в борьбе. Взгляд другой, как у мужчины. Ты мне интересен, Кристиан.
Тяжело прозвучало признание. И отчего так в груди моей холодеет.
– Мы можем быть откровенными, ваше высочество? – Спрашиваю, затаив дыхание.
– Ангелина, когда вдвоём, – поправляет и дальше бросает надменно: – Да, ненавижу лицемерие.
Сомнительно сразу. А стоит ли теперь правду – матку лупить?
– Ну? – Раздаётся от неё в нетерпении.
Минуем клумбу и выходим к беседке, заросшей лозой. Там мы были с Имирой. Давит тоска, до дрожащего выдоха. Сердце замирает…
Пытаюсь быть здесь и сейчас. Издевательство.
– Ангелина, что случилось между тобой и Морисом? – Спрашиваю прямо.
И принцесса останавливается, отпуская мою руку.
– Ах вот оно что?! – Фыркает, готовая, похоже, залепить мне прямым ударом руки в нос.
– Ты можешь просто рассказать мне правду? – Развожу руками, делая «пёсьи» бровки.
Молчит… В глазах проступают слёзы. И сил моих больше нет. Подаюсь и обнимаю снова. Крепко прижимаю. Немного помедлив, девушка обхватывает в ответ. На плече становится влажно. Ох, ты ж блин, плачет. Да что с ней?
Глажу по спинке. Постепенно успокаивается.
– Мы подружились, все это знают, – шепчет мне на ухо. – Но не знают истиной причины моего гнева. Если расскажешь кому, велю убить за мою честь. Понял, Кристиан?
– Не расскажу, – отвечаю быстро, прижимая её ещё крепче.
Но принцесса отстраняется. Поначалу с силой. Идёт к стриженному кусту и сползает по нему спиной прямо на задницу. Не смотрит на меня, подгребает свои колени в белых чулках и обнимает их. Спиралевидные локоны частично заслоняют лицо. Ещё не видел её такой беззащитной.
Усаживаюсь напротив, легко принимая позу лотоса.
– Одним ужасным днём, мы с Морисом тренировались у меня, – начинает рассказ угрюмо, продолжая изучать траву. – Очень разошлись, и Морис завёлся сильнее обычного. Он… он изнасиловал меня.
Охренеть показания разняться. Но почему – то верю ей. Принцесса тяжело вздохнула и продолжила:
– Я не любила Мориса, он был просто другом… единственным другом. Но он и лишил меня возможности любить. Хотя прекрасно знал, что я без ума от благородного лорда из королевства Градир, сэра Беринга Шатура, члена правящей палаты Сотни. А как ты знаешь, устои Градира тверды. Благодарный лорд возьмёт в жёны только девственно чистую деву. Иное позор на весь род.
Не знаю. Вернее,