В теле пацана . Части 1-7

может только монстр. И мне больно, потому что знаю свои истинные чувства.
Нелли подаётся и обнимает меня. Мордашка ложится на моё плечо. Тёплые, нежные объятия. Ты моя милая крошка. Никогда в своей жизни я ещё не испытывал такой нежности к человеку. А это даже не человек.
Минут двадцать мы вот так стоим в обнимку. А потом я думаю, что может она уже уснула? Отстраняюсь мягко, она смотрит с такой любовью, что становится погано. Но я борюсь с проявлением таких эмоций. Не сейчас. Не с ней. Она заслуживает хорошего.
Понимаю, что пьяный. И, возможно, утром пожалею об этом…
– Давай будем вместе? – Выдаю, и сердце щемит в груди.
У Нелли горят глаза. Она подаётся к уху и шепчет:
– Я хочу быть с тобой, Кристиан.
Отпрыгиваю, как идиот.
– Так давай отпразднуем нашу помолвку! – Восклицаю громко, рядом нет людей. Но думаю, что со столов должны нас слышать.
Нелли кивает, чуть помедлив.
– Сейчас мы так отпразднуем, что этим аборигенам и не снилось, – заявляю я и отступаю ещё.
В хмельной башке уже родилась дикая мысль, которую с лёгкостью могу воплотить. Вспоминаю новогоднюю ночь и фейерверки, ту здоровенную коробку салюта, на которую мы лишь раз раскошелились. В магазине пиротехники это была самая дорогая штука.
Колдую! В руках появляется тяжёлая жёлтая коробка с цветными весёлыми надписями. Тянет вниз, и я спотыкаюсь. Стараясь сохранить коробку в целости, валюсь сам. Сажусь задницей на траву. Сердце долбит тяжело. Перед глазами плывёт немного. Неужели какой – то порох с картоном и пластиком жрёт так магические силы?
Ох, Ольви, если бы не ты… Правильно сделала, что медальон лишь потом уже восполняет мой резерв. Так я не лишаюсь возможности тренировать его, постепенно увеличивая.
Нелли смотрит на меня, в глазах её зелёных ужас. Но это не мешает ей через мгновение броситься мне на помощь. А мне осознать, что эта девушка действительно испытывает ко мне чувства.
– Кристиан, не делай то, что тебе не по силам, – шепчет, помогая подняться.
Целую её в уголок губ. Тает малышка.
Быстро прихожу в себя. Начинаю ковыряться с коробкой в поисках фитиля. Двести залпов за сто тридцать секунд. Взмывает на высоту сорока метров. То, что надо. Решительно ставлю на твёрдую поверхность. Вымощенная камнем дорожка у перил отлично подходит.
С некоторым волнением являю зажигалку. Фух, иначе был бы облом.
– Сейчас будет бабахать громко, но ты не бойся, это просто магическое представление в честь нашей с тобой помолвки, – заявляю. – Ты поняла?
Нелли кивает, полностью доверяя мне.
– А теперь отойди туда, и жди меня, – командую.
Нелли неуверенно пятится к указанному месту за стриженным кустиком. Убедившись, что она в безопасности, подношу зажигалку к фитилю.
Вверху только звёздное небо. Должно выйти красиво! Чиркаю колёсико большим пальцем. И со второго раза загорается пламя. Фитиль подхватывает, стреляют искры. Отбегаю к Нелли.
А скрипачи всё пиликают для господ. Ща.
– За помолвку!! – Кричу что есть сил на весь парк. – С праздником дамы и господа!
Через десять секунд в небо выстреливает первую ракету, которая взрывается зонтиком, разбрасывая синие и зелёные огни! А те в свою очередь разлетаются на каскады жёлтых!
Слышу, как со столов что – то там попадало, склянки полетели, народ закричал. Суета пошла. А салют тем временем только разгоняется! Нелли вжалась в землю, закрыв руками ушки.
– Смотри же, всё пропустишь, – тереблю её.
И думаю, блин, надо было отойти ещё дальше.
Но вскоре Нелли усилием воли, поднимает свои любопытные глаза и восхищается тому, что творится в небе. Она доверяет мне. Салют начинает хреначить, как пулемёт, разрисовывая небо всё интереснее, и я выдыхаю с облегчением, сработало.
– С новым годом!! С новым счастьем!! Вуууу!! – Не выдерживаю, когда всё небо над нами усеивается огнями и вспышками.
Всего лишь несколько минут. И всё проходит.
В парке паническая суета, судя по громыханию доспехов, к нам бежит стража! Рвусь к коробке, бросаю её за борт, ибо не хрен улики оставлять. Беру за руку оторопевшую Нелли, и мчим оттуда прочь, скрываясь в темени лабиринта. Не пойман – не вор.
Да, переборщил. Но узрите, смертные!

Утром встаю со своей постели, а голова раскалывается, будто мне снова сорок. Впервые нажрался, как свинья. И без стыда и совести колдую себе таблеток от похмелья. Смотрюсь в зеркало. Парень тебе восемнадцать, а ты уже алкоголик.
Потеряв всякую бдительность, я оказался у себя. И гарпия этим не воспользовалась.