В теле пацана . Части 1-7

Секунды две ещё принцесса жмякает письку Лины, а затем делает рывок! Ноги отрываются от земли, и поруганную девушку бросают через себя с амплитудой на все пять из пяти баллов. Принцессой можно восхититься: гибкая, сильная и без комплексов. Выгнулась в мостик, и до последнего держала Лину рукой между ног. Намекая, видимо, что бросила за письку.
Лина втыкается прямо на лопатки. Пару секунд попой кверху стоит с ногами в разные стороны, демонстрируя свои дольки. Затем на бок валится, кашляет.
Принцесса не ждёт, когда придёт в себя бедняжка, сразу хватает сзади за трусы и тянет, чтобы та встала! Вытягивает ещё на пару сантиметров, благо трусы крепкие. Уже в процессе она берёт её второй рукой за шею.
– Пожалуйста, не надо, – воет Лина, превратившись в безвольную куклу для бросков. – Я сдаюсь.
– Я – судья, и я решаю, когда будет закончен поединок, – выдаёт принцесса, решив, что эта девица просто так не отделается.
Лина становится лицом к ней. Принцесса убирает руку с трусов и просовывает руку спереди между ног. Хватает прямо меж булок и отрывает от земли. Вертит ей так ловко, что задница Лины оказывается выше её головы. Ладонь принцессы чётко на булке. Рывок! И Лину шмякают об пружинистую землю вновь.
Парни посмеиваются. Даже её брат улыбается. Смотрю на Нелли, та руками глаза закрыла наглухо. Цецилия же смотрит внимательно, продавшись вперёд и глаз не отрывая от действа.
Сдув мокрую чёлку, принцесса нависает над своей жертвой, которая уже не встаёт с испуга. Но это ей, похоже, на руку. Ангелина берёт одну ногу бедолаги под икру, зажимает локтем, и вторую забирает легко. Затем делает шаг в сторону с разворотом, переступая через её. И легко переворачивая на живот.
Поворачивает специально в мою сторону. А затем выгибает её в «бостонского краба»!
Лина кряхтит и просит пощады сдавленно. Надо отдать должное, гибкость у неё хорошая. Принцесса выгибает её так сильно, что почти до сисек корпус поднимается. Дольки стянутые тканью напоказ, живот ходит ходуном.
Не знаю, что и думать по этому поводу. Лина сама лезла на рожон, даже когда поняла, что эта невменяемая заинтересовалась мной не на шутку. А теперь вот это. Пусть радуется, что без увечий. Вырванные волосы или разбитое лицо – худший вариант.
– Какая же ты жалкая, – злорадствует принцесса. Мучает её минуту, не больше. Отбрасывает ноги.
За волосы хватает и к нашей лавке лицом заставляет переместиться на четвереньках. Унизительное зрелище. Мне уже не по себе, но я сижу, молча. Рыцари бдят, как бы не выхватить.
Принцесса обступает Лину, оказываясь над ней. Садится, прижимая её обратно к земле своей аппетитной задницей. Глаза у неё горят, вид пакостливый. Лина под ней воет, моля о пощаде. Но Ангелину это не волнует. Она берёт одну руку жертвы, заправляет её за своё колено, затем другую! Как куриные крылышки выходит. Хватает за подбородок и тянет назад, выгибая вновь, только теперь со стороны головы.
Лина сопит и пыхтит, смотрит вниз куда – то. И хорошо, что не на меня. Смешанные чувства внутри. Я против насилия, но смотрю, не вякая.
И тут происходит шокирующее.
– Линелла, ты так беспомощна сейчас, – говорит принцесса. – Позволь раскрою твой маленький секретик, не терплю, когда пускают пыль в глаза.
Руки убирает с подбородка, хватает за нижний край топа и задирает его вверх! Прямо вместе с лифчиком умудряется зацепить. Обнажаются маленькие розовые сосочки на рёбрах, и вообще никакого мяска нет. Особенно в таком выгнутом положении.
Обидно, конечно, что в двадцати годам у девки ничего не выросло. Но она же не виновата.
– И где твоя грудь? – Смеется принцесса, на меня поглядывая хищно.
Она что, думала, для меня это сюрприз?
Тем временем Лина голову бросила беспомощно. А у меня всё же щёки предательски запылали. Парни тоже все красные сидят, глаза выпучили.
– Не смотрите, пожалуйста, – стонет обнажённая и хныкает.
– Нет, ну подождите, так не бывает, – продолжает злорадствовать Ангелина. – Вроде соски есть.
С этими словами она нащупывает её крохотные сосочки.
– А вот и они, – хихикает извращенка, хватая двумя пальцами за каждый сосок. И сжимает, превращая их в твёрдые пупырышки слишком легко. Кожа на груди в мурашки покрывается за мгновение ока.
Пунцовая Лина хнычет, слёзы по рябым щекам льются.
– Это уже перебор, – не выдерживаю я и поднимаюсь.
– Весьма впечатляюще, ваше высочество, – выдаёт Цецилия. – Но излишне эмоционально.
Принимаю как поддержку.
Ангелина не реагирует на нас негативно. Напротив, она улыбается. Сразу же отпускает жертву, и поднимается с победным видом. Внезапно ожившая, Лина спешно заправляет топик абы как в сидячем положении.