В теле пацана . Части 1-7

Ну – ка, а с этим что?
Бракую и второе.
– Пусть несут другое! – Заявляю сердито. – Вот же идиоты, дубины, растяпы! Да я этого Ягейна на проклятые рудники сошлю! Не вздумайте сейчас сказать великой воительнице Шейле, что вино спутали, скажите, что скоро будет! А то и вас туда же!
– Да, господин! – Взвизгнула девка и вниз по лестнице рванула. Скорее всего, на кухню. По пути пару раз споткнулась, возможно, даже покатилась.
– Будет исполнено, господин! – Ахнула вторая, не зная, куда и податься.
– Еду неси пока, – прошипел я, как тот ещё злой карлик. – Вот криворукие, это ж надо, а.
Девушка бросилась к подносу, руки трясутся. Посуда позвякивает.
Остальные пять официантов в стену вжались, не дышат.
– Если королева прознает о вашей проделке, всех на рудники! – Топнул ногой, ухватил оба кувшина и, уходя, бросил: – ладно, на первый раз прощаю.
Направляюсь ещё правее, где сортиры. Знаю, у господ с другой стороны тоже имеются, только устроены не для сброса горшков, а для посадки над дырками самих персон. Старший слуга говорил, что там по три ниши на каждый зал. Устроены лесенкой, верхние подальше начинаются, это чтоб на головы нижним не гадить.
В отходном отсеке ни души, коридор пуст. Ставлю кувшины на пол, ещё раз убеждаясь, что это заветное пойло. На ручках красно – оранжевые ленточки, всё как надо.
В темени тяжело химичить. Концентрируюсь, являя блёстки. Думаю о белом светолите, и перемещается парочка. Уже лучше. Достаю пачку слабительного из внутреннего кармана. В пачке девять пакетиков осталось. Так, на два кувшина маловато, наверное. Колдую ещё пачку. Высыпаю весь порошок в вино, стараясь не просыпать на края. В конце сдуваю крошки. Являю столовую ложку, перемешиваю всё тщательно. Готово.
Теперь нужно немного подождать, пока им принесут нормальное. Чтобы были уже в кондиции. Спустив штанишки, «передёрнул» на удивление легко, вспоминая голенькую Нелли прямо в отходную дыру буквально за полминуты. Это должно помочь продержаться подольше!
Подготовив своего маленького и несмышлёного «друга», а точнее «предателя» к новой встрече с искусными развратницами, возвращусь к подъёмникам примерно через пятнадцать минут. Официанты меняются, но есть и уже знакомые лица. Проскакиваю мимо, последнего цепляю:
– Иди за мной.
– Слушаюсь, господин, – отвечает парень.
– Старший слуга передал для воительниц Кусубата, которые на балконе сидят, – передаю кувшины.
Парень в ужасе смотрит. Похоже, не хочет туда идти. Но деваться некуда, я подгоняю.
В зале уже медленные парные танцы. Суккубы отжигают свои трахо – пляски в небольшом количестве. Танцевальная арена практически пуста, много народа развалилось по диванам и лениво пьёт. Рогато – хвостатые, видимо, устали.
Иду вдоль колонн по проторенной дорожке. На меня вновь заинтересованные взгляды кидают. Официантик тем временем уносится вперёд. Отлично, будто мы и не вместе.
Спешу проконтролировать, быстрым шагом добираясь до арки и по лестнице вверх. Выглядываю из прохода. А воительницы уже с радостными голосами принимают ещё два кувшина, и теперь их на столе видно целых пять!
Так, чтобы столько выхлебать, нужно двигаться. Выдыхаю три раза. Пути назад уже нет, они должны поплатиться. Настраиваюсь на бой. И выхожу!
Меня примечают уже издалека. У одних взгляды недоумевающие, у других с иронией, у третьих с блеском интереса. О да крошки, я вернулся.
Начинаю пританцовывать по пути, два оборота вокруг своей оси исполняю. Я – супер звезда.
Подхожу к столу, здороваюсь, растягивая улыбку.
Шейла одна смотрит на меня озадаченно.
– Ну и что на этот раз, затейник? – Спрашивает устало. – Да и для сведения, чтоб не обольщался, мы выкинули твои срамные штуки в выгребную яму. У нас с мужчинами проблем нет.
– А ну это кто как пожелает, – отмахиваюсь. – Кто в себя, кто в яму.
– Отвечай на вопрос командира, человеческий лорд, – хмыкает ближайшая суккубка угрожающе. Запомнил эту суку, это она меня за ухо привела тогда.
– Вы гости, я принимающая сторона, – развожу руками. – Просто хочу выпить за наше знакомство и примирение. Неужели такие красивые, сильные, самые известные воительницы на всём белом свете могут выражать негатив слабому и беззащитному ребёнку?
– Мы и не ссорились, чтобы мириться, – ухмыляется Шейла, похоже, лёд тронулся!
– Да и какой ты ребёнок, – хмыкает её соседка. – Заявлено же королём, что тебя уже можно соблазнять.
О как!
– Так я могу составить вам компанию, о прекрасные дамы? – Кокетничаю дальше, состроив бровки «пёсьи».
– Впрочем, раз уж настаиваешь, Кристиан, присоединяйся, развлечёшь нас, – выдаёт Шейлия