В теле пацана . Части 1-7

Вид торжествующий. Почуял, наверное, что боец запыхался.
Но я не жду! Долблю магией ещё!! Бах! Осколки синие разлетаются о перила, часть шара улетает за периметр! Твою же мать!! Промазал… Исчез урод. Чувствую, вот — вот настигнет меня. Ооой!! Когти рвут ткань камзола. Я даже не могу понять, где он… Телепортируюсь к перилам, куда бил, являя снова свой меч, машу наотмашь с разворота. И попадаю!
Сип стоит знатный!! Ага! Вампир явно не был готов к таким выкрутасам. Противник складывается пополам, перекатывается, пытаясь встать.
— Что, не ожидал? — Торжествую, наблюдая, как урод корячится, скобля по камню когтями. — Не один ты умеешь искривлять пространство.
— Не зря хозяин обеспокоен, чувства хозяина не подвели, — шипит монстр мерзопакостно.
Треск усиливается, будто из почвы корни рвутся. Ах ты тварь, срастаешься назад! Одну руку срубаю, высекая искры на камне и не жалея катана. Вторую отделяю уже точным ударом. Твёрдые кости, зараза. Тяжело пошло.
Монстр перекручивается на культяпках, укладываясь спиной. Выгибается в мостик и смеётся сипло, распахнув пасть счастливо. Лес острейших игольчатых зубов и ещё два клыка длинных! Жуть!!
— Умри, сука! — Кричу на всё крыло и, взяв катана в обе руки, рублю голову страшилище.
Клинок встречается с позвоночной костью, словно арматурой. По кистям бьёт мощнейший импульс, еле рукоять удержал. Со второго удара отделяю всё ещё смеющуюся харю, которая захлёбывается и булькает чёрной жижей. Чёрные брызги попадают на мои сапоги, штаны и китель.
Башка откатывается, продолжая булькать.
— Да сдохни ты уже! — Визжу, не сумев толком отдышаться.
И начинаю протыкать его тело. Тяжело идёт, как по окаменелому дубу, через рёбра пытаюсь сердце достать, ковыряя грудь.
Светлеет на лоджии, озаряя месиво из крови, чёрной жижи и частично растаявших ледышек. Сердце чуть разрывается с испуга.
— Клинок не серебрён, бесполезно это, — слышу от Гунуа спокойное. — Но без головы он уж точно не поднимется вновь.
Смотрю на мага, а он на меня с нескрываемым беспокойством. На площади возня началась, похоже, разбираются с последствиями.
Выдыхаю с облегчением, отступаю к перилам. Как же пронесло… мамочки, как же пронесло. Гунуа обходит труп, к голове направляясь. И за волосы редкие седые поднимает башку. Рассматривает тварь с закатившимися глазами и отпавшей челюстью на весу, а из неё жижа тонкими струйками бежит, словно нефть. Звук ещё такой, писающий… Не могу смотреть долго, блевать тянет.
— Древний, — констатирует спокойно маг. — Сильный вампир. Удивительно даже.
— Он очень быстро двигался, учитель, — делюсь впечатлениями.
— Насколько быстро? — Встрепенулся маг, глядя, как из — за угла на балконный переход выходят стражники, перепуганные до смерти.
— Неуловимо глазу, — добавил я.
Гунуа переменился в лице, озадачился.
— Похоже, это генерал самого Вейзевула, — прокомментировал маг и усмехнулся горько. — Ты должен быть мёртв.
— Подождите, а разве не только сам Высший умеет так? — Спрашиваю, отходя подальше от трупа, который начинают собирать в мешки стражники. Король же давал им характеристики, речь ведь шла о самих лидерах Домов, если верно понял.
— Вейзевул может передать свои умения самым приближенным, своим генералам, — отвечает маг уже отстранённо, и дальше громко в сторону выходящей толпы белых плащей: — убрать всё, и поживее. Группа к покоям принцессы, никого не впускать и не выпускать до особого распоряжения. Приказ короля.
— Слушаюсь, господин верховный, — кивнул, вероятно, командир стражи и, окинув меня недобрым взглядом, стал спешно отдавать распоряжения.
Гунуа ко мне подошёл.
— Об этом никому ни слова, паники быть не должно, ты понял, Кристиан? — Произнёс строго и нахмурился, бледная на глазах: — постой — ка, ты ранен?
— Что? — Ахаю.
А я думаю, чего эта тварь так радовалась!
Грудь проморозило. Нет! Вот дерьмо. Вижу, рукав в районе трицепса с тремя дырками пропорот явно когтями. Как я мог не почувствовать? Дёргаюсь глянуть, задел кожу или нет.
— Стой, не двигайся, — бросает маг строго и, затаив дыхание, раздвигает ткань сам, а затем произносит: — Всё хорошо.
От его слов сразу отлегло. Но через мгновение морщинистая ладонь уже у моего носа. Фивв!! Яркая вспышка из синего перстня слепит глаза, ноги подкашиваются сами, в ушах звенит. Даже боли от удара о камень не ощущаю.
Как так, Гунуа? За что? Последняя мысль, перед тем, как провалился в черноту…
Очнулся. Острый звон в ушах пронизывает мозг иглами, от нестерпимой боли в голове хочу кричать, а выходит лишь беззвучно раскрыть свою пасть до ломки в скулах.