В теле пацана . Части 1-7

прекрасный момент понял: я вообще нигде не могу явить что — то из своего мира без дополнительных усилий и затрат. А попасть на Стеклянный утёс из Леванта стало проблемой. Только если к воротам или же во двор, где потратишь вдвое больше магических сил. Ладно, когда с коридора в комнату перемещаешься — это малые затраты помноженные на два. Но не за сто километров!
Долго не парился, выбрал холл первого этажа, как главную точку прибытия, сбросил там всё, разомкнув общий периметр. В комнате своей и других не менее важных оставил мощные барьеры. Но это не значит, что теперь маг может явиться где — нибудь в сортире или на крыше. Если ты запомнил пару точек, куда всегда являешься, а эти точки вдруг блокируются, то увы. Вспоминай другие, или иди… пешком. Или как я, вспомнил хоть, как ворота снаружи выглядят. Кстати, примечательно! Драконы у меня там вырезаны на створках…
Прошёл рак, то есть восемь дней моего «больничного». Как ни в чём не бывало, я тренируюсь с фелисами в утреннее время, упражняясь на мечах. Сил столько, что девать некуда. Рука тверда, азарт в глазах, что мастера мои восторгом переполнены.
Как же у меня душа возрадовалась, когда в ворота постучали, и через распахнутую створку, которую соизволили распахнуть мои ленивые «кошаки» не сразу, зашёл недовольный и даже взмыленный дед.
— Что ты себе позволяешь? — Бросил мне Гунуа с порога.
Воины сразу насторожились, а я ещё больше расслабился.
— И это ваша благодарность, господин учитель за то, что я выполнил вашу работу, защитив Дворец? — Начинаю с ответного наезда. — Вы, наверняка, как и в прошлый раз с одержимым, моему отцу даже не сказали, что это я прикончил генерала. Встал на пути в покои его дочери и не пустил урода. Хотя мне ничего не стоило свалить через портал на Утёс к своим соратникам. Так вот, господин верховный маг, что вы можете мне на это сказать?
Если в начале фразы коршун Гунуа ещё прожигал меня своими взбесившимися зенками, то под конец потупил взгляд. То — то же дед паршивый.
Все трое фелисов, что со мной, глаза выпучили. Конечно, я им не говорил о происшествии. Нечем здесь хвалиться, одни только волнения да страсти нагонять. У них и так забот с детьми Ешшуноры хватает.
После недолгих раздумий дед тяжело вздохнул.
— Прости меня, Кристиан, — выпалил вдруг негромко, на меня не глядя, а куда — то мне в ноги. И дальше уже в глаза хмуро:
— Вейзевул слишком близок, он на нашем континенте, и если бы он взял власть над тобой…
Снова тяжёлый вздох.
— Мы можем поговорить наедине? — Спрашивает маг сварливо.
— У меня от воинов секретов нет, — заявляю нагло. Хотя это не так. Они не знают хотя бы то, что мне уже сорок два.
— Думаю, — продолжил Гунуа после небольшой паузы. — Высший бы сумел с твоей помощью убить короля. А ещё хуже — обратить его в своего слугу. Ты представляешь последствия?
Теперь тяжело вздыхаю я. Обида на мага не прошла, но, по сути, он сделал, как должен был. Изолировал зараженного. А выходит, что я заразился, судя по тому, что слышал в башке призывы.
— Зачем пожаловали? — Спрашиваю, понимая, что моя тренировка окончена.
— Аргирис хочет видеть тебя, — отвечает маг на выдохе. — Гонец с официальным приказом и эскортом выехал из города с рассвета.
— То есть мне ещё три дня можно прохлаждаться, а то и шесть? — Усмехнулся.
Гунуа сдвинул брови.
— Начнём с того, молодой лорд, что вас здесь вообще быть не должно, — решил отчитать меня официозно.
Вижу, что ему уже холодно, нос красный, как у пьяного деда мороза. Только вида не подаёт.
— Так и зачем я понадобился отцу?
— Его величество осведомлён, что это ты убил генерала Вейзевула. И возжелал наградить.
— Ого, — хмыкнул в ответ. — А я думал, Олафу приписали.
Фелисы зааплодировали перекаченными руками, хвосты трубой.
— Крис, не зря мы твою ленивую задницу гоняли всё это время, — выпалил Гарой, сменивший прежнего десятника на Утёсе.
— Это точно, — соглашаюсь довольный и магу: — Пока собираюсь, может, в дом зайдёте, чайку горячего с плюшками отведаете?
— Не откажусь, — ответил дед, шмыгая носом…
Спустя примерно час мы с Гунуа переместились во Дворец, прямиком в холл зала приёмов маг закинул меня. Пришлось его обнимать, потому что не знал, где нужно появиться. Стража шарахнулась при нашем появлении. Но никто и слова не вякнул. Даже гвардеец — свиное рыло.
Зато вякнул слуга на входе в зал приёмов:
— Его величество король Леванта Аргирис Светлый ещё не освободился.
Что ж, ждём. Даже вышли наружу к балкону, на перила облокотившись. Небо чистое сегодня, солнышко к зениту ещё идёт. Как я рад, что могу наслаждаться его светом. А не жить монстром в вечной черноте и холоде.
— Расскажите,