В теле пацана . Части 1-7

врываются, проносясь сверху с докладами. Человек примерно на пятьсот лагерь, это я так прикинул на глаз.
А таких наблюдаю всё больше и больше, пока спускаюсь в долину.
Понимая, что по городской зоне я так до ночи к озеру не дойду, решился снова на коня взлететь и скакать уже по виноградникам, наплевав на брань работяг.
После полудня на хвост сели местные солдаты в коричневых кожаных доспехах с копьями метра под два. Видимо, кто — то пожаловался. Пришлось снова занырнуть в городскую зону и спешиться, растворившись в толпе, взяв размеренный темп прохожих. И один хрен эти гады за мной пошли, прям на лошадях, разгоняя народ! Пока прятался от законников, перебегая от дома к дому, от улицы до улицы, нашёл целый гостиный двор с собственным садом из фиолетовых цветов и не только, тут и пальмового вида деревьев целая роща. Как раз первые «пальмы» стали появляться в округе.
Вернее увидел в стороне, обособленно стоящий особняк с признаками гостиницы, где уже виднелись через забор лошадки с разными гербами на попонках.
Забор здесь каменный, метра два в высоту, без кольев наверху или колючей проволоки. У ворот встретили два бугая охранника.
— Чего надо? — Брякнул один недовольно, окинув меня презренным взглядом. Наверное, потому что в этом прикиде я больше на пажа какого — то похож, а не господина.
Второй охранник на меч изогнутый при седле взглянул с подозрением, нахмурился сразу.
— Комнату снять на ночлег, — отвечаю важно, понимая теперь, что за местного меня вряд ли кто принял. Одежда только издалека помогает не спалиться.
Позвали хозяйку. Бабка еле ноги волочит, с прищуром на меня посмотрела, как глава местной банды.
— Есть ещё одно местно, но для господ на верхнем этаже, — озвучила предложение. — Дорого будет. И меньше, чем на рак не сдаю.
— А ванная есть у вас искупаться? — Уточняю, ибо с меня песок сыплется.
— Купальня в подвале имеется, колодец во дворе, допускается и в саду плескаться. Все удобства, внучок, — бросила, продолжая меня рассматривать с подозрением.
— Трапеза?
— Всё включено, — ответила с ухмылкой уже.
— Меня устраивает, — улыбаюсь.
— Сто двадцать сетов за рак, монеты вперёд, — выдала. — За стойло лошади и корм платить не надо.
Высыпал ей монет с избытком, пересчитала.
— Мы гостевой дом честный, — брякнула, возвращая часть обратно. — А ты научись считать, юный странник.
Ага. И письменность андарскую ещё выучи. Номинал монет вообще не разобрать.
— За мной двигай, — заговорила уже дружелюбно и дальше как рявкнет, что волосы дыбом: — Ванифат! Коня перехвати!
— Да госпожа! — Раздалось сиплое от такого же старого, как и она.
Особняк в четыре этажа солидный, внутри чисто, светло и прохладно. По лестнице за бабулей стал подниматься. Спрашиваю:
— Извините, уважаемая хозяйка, а не подскажите, когда турнир в честь графини начинается?
— Вежливый какой, — закряхтела бабуля. — Тебе — то оно зачем? Молодой и светлый. Послушай бабку, забудь о ней. Один раз увидишь, и больше никакой другой женщины не захочешь. Я вон обоих своих сыновей не уберегла. Теперь все девять внуков на моей шее. Еле концы с концами сводим.
— Простое любопытство, только и всего.
— Простое любопытство, — передразнила ворчливо. — Послезавтра. Но послушай бабку, беги отсюда без оглядки. Дурное это место стало.
— Спасибо за добрый совет, хозяйка, — брякнул, к двери номера подходя.
Что бы ни говорила ты, бабуля, обратной дороги у меня нет.

Расположение для заселения я выбрал удачное. Далеко от основных спусков и движения колонн с гостями. Сам особняк стоит обособленно. К нему примыкает солидный виноградник. Охраняет его, похоже, сама семья, все друг другу родственники. Виноградник тоже их, там работают крестьяне. Семейный бизнес, судя по всему. От гостиницы километра полтора до ближайшего берега озера и вдвое дольше до стадиона, где единственный мост до замка. За следующий день пешком прогулялся, запоминая контрольные точки для телепортации. Выбирал места с особыми приметами, и чтобы людей поменьше рядом.
Горожане рубят бабки от наплыва «героев» и прочих гостей. В лавках портретов графини куча, и все разные! Чем красивее, тем дороже просят. И я ещё не совсем понял, блондинка она или русая? Когда спросил, меня невменяемый пожилой продавец полез голыми руками душить, еле