В теле пацана . Части 1-7

я расскажу!
— Три, — брякаю, набивая себе цену.
Кивает счастливо и получает три быстрых шлепка в липкие губёшки. Смотрю вопросительно, затаив дыхание. Графиня вздыхает и отвечает заговорщически:
— Не поверишь, Аз, но они из сказочного мира, как и ты.
Да пиндец. Не один я такой, похоже, умный.
— Почему же, — пожимаю плечами несколько раздосадованный. — Вполне объяснимо. А корону ту гадкую они тебе приволокли?
— Да, — отвечает неуверенно как — то. — Тебе не нравится?
— Неа, — брякаю непринуждённо. — Не люблю я всякие такие штуки.
— Какие? Магические?
— Да. И смерти тоже мне не очень, — захожу аккуратно.
— А я уже привыкла, — отмахивается с усмешкой.
Хм, а я тут начал забывать, какая же ты тварь.
— Аз? Я что — то не так сказала? — Ахает, вероятно, почуяв мою злобу.
Улыбаюсь ей. Блин, лишь бы не вышел оскал. Маньячка долбаная.
— Когда к Морулу прихожу, груз с сердца, как рукой, — продолжает графиня, ёрзая на моих бёдрах. — Всё так понятно и легко. Смысл ясен и прост. Морул… он такой милый, добрый, всё мне объясняет. Люблю его, как родного брата, которого в детстве потеряла.
— Класс, мне б такого друга, — брякаю.
— Да, он очень хороший, — комментирует, вздыхая мечтательно. — Если бы он был человеком, я бы в него влюбилась, как в тебя.
— Слушай! — начинаю воодушевлённо. — Раз он у тебя такой замечательный. Ты не могла бы нас познакомить?
— Хи, — выдаёт с хитрой улыбкой и кокетством. — Ну не знаю.
— Три поцелуя, — предлагаю с ходу. А у самого челюсть сжимается.
Тише Крис, ещё не время.
— Не в этом дело, Аз, — продолжает с грустью. — Морул не любит незнакомцев.
— Но мне так интересно увидеть его! — Продолжаю наседать. — Может, я просто тайком взгляну? Понаблюдаю со стороны, он и не узнает.
Глажу по спинке, прижимаюсь к сисям щекой.
— Согласна, но тогда ты поцелуешь меня пять раз! — Раздаётся радостное.
— Хорошо, — брякаю, отпряв.
— В губы и на этот раз подольше, — выдаёт вдруг с диким взглядом и пунцовыми щеками.
— Подольше? Хм. Ну давай попробуем.
Отпускает мою шею и ротик подставляет. Подаюсь целовать, прислонясь губами к губам. Замер, жду. И эта ждёт. Так ты хочешь?.. Нет, ну как дурак. Самая тупая неловкость в моей жизни происходит прямо сейчас.
Чёрт меня дёрнул, решаю целовать её по — взрослому! Стоило языку в рот её скользнуть, девка ахнула и неумело попыталась ответить. Но это не самое страшное. Она заелозила на мне, начала тереться своими сиськами здоровенными, явно теряя контроль.
Его стал терять и я, поддаваясь дикому желанию помять, наконец, эти дойки.
Ухватил снизу за одну! Пусть и через ткань. Ох, как же приятно ощущать эту нежную тяжесть! Графиня вроде не заметила, пока я не повёл ладошку выше к стоячему колом соску. Отлипла сама!
Я в недоумении. Всё ж прилично, через майку!
— Это единственное, что мне нравилось, — зашептала, мягко отстраняя мою руку. — Когда проделывал всякое отец.
Ну вот. Всё желание отбито.
Тяжело вздыхаю, убрав руки. В груди холодеет, когда графиня вдруг поднимается с моих колен, как ошпаренная.
— Ты напомнил мне его, — выдала неожиданно заведённая, её даже передёрнуло.
Руками себя обхватила и сжалась вся. С ужасом посматривает.
— Не делай так больше, — добавила, надувая щёки.
— Ты сама попросила долго, а такие поцелуи без прочих ласк невозможны, — отвечаю спокойно. — Жози? Ты обиделась?
— Да, — брякнула и даже отвернулась.
— Мне уйти? — Включаю сразу тяжёлую артиллерию.
Молчит, не оборачивается. Поднимаюсь.
— Нет! — Взвизгивает и резко рвётся в объятия.
Обнимает, вжимаясь, будто вообще во мне раствориться хочет. Какая — то психопатка мне досталась. Ещё бы. Если всё то время над ней издевался отец, тут любая психика детская сломается.
Глажу её по затылку и думаю. Мерзости здесь творятся сплошь и рядом, если всматриваться. Ни одно, так другое. И не ясно кто плохой, а кто хороший. Кто виноват, а кто прав.
Ясно лишь одно. С водяным Морулом пора кончать.
— Мы идём? — Спрашиваю шёпотом.
— Да, — отвечает, шмыгая.
— Тогда отпусти, потом будет больше времени нам поиграть, — брякаю и пытаюсь отлепить мягкой силой.
Удаётся избавиться от её объятий только спустя минуты детских уговоров. С глаз краска потекла, моё плечо мокрое. В покои пошла уже без слов, в движениях нервозность. За ней поспешил на ногах напружиненных