В теле пацана . Части 1-7

ополченцы, готовые воевать за идею. Которую им должен растолковать Галактион. Если не соврал. А судя по тому, что я ощутил в нём реальную рыцарскую честь, это исключено. Вопрос лишь, сколько бойцов соберёт он в Брилете, где у меня Миранда на хозяйстве. Если этот двойной агент ещё не умотал!
Но раз её нанимательница Ревекка помогала мне, причём неоценимо, стоит поверить. Выбора особого нет.
Вильям доложил об армии кратко, но исчерпывающе. Половина сил — это графские, вторая — Энисуэлльские и Тирские вояки, которые постоянно требуют, чтобы графиня вдоль строя прошла и ароматами своих духов повеяла. А всё это чудеса золотой пыльцы, которая вирусом здесь на открытие турнира пронеслась. Получается, сперва бойцов лорды одуревшие с бала гнали, а по прибытии одурели и остальные.
Охренеть конечно масштабы бедствия. Уверен, здесь всё же сыграла ключевую роль мощь фиолетового камня, который они называют «Сердцем Дракона».
В целом, обстановка ясна. Меня она устраивает. Армия — сборная солянка во имя Жозефины должна продержаться до затмения.
Чем смогу, конечно, же помогу!
— Так, подойти, — бросаю деду, являя мешочек с ювелиркой. Было время, я отсортировал всё. Для Ольви отложил наиболее интересные экземпляры на мой взгляд. Остальное на размен.
Вильям подскочил, в рот прямо смотрит. Ну и несёт от него перегаром.
— Держи, — передаю драгоценности. — Только смотри не пропей.
— Что вы повелитель! — Воскликнул, даже не посмотрев, что там.
Раскрываю мешочек в его ладошках уже я, а то держит, как самое дорогое, что у него есть на свете, при этом боится обжечься.
— Знающим людям, оценщикам, покажешь, — говорю, демонстрируя ожерелье из рубинов, а следом и серьги. — Разменяете всё на монеты и продукты у купцов, желательно выгодно. Подключите административный ресурс, думаю, разберётесь.
У Вильяма глаза горят, он явно ошарашен. Да они все, даже не профессионалы, на драгоценности с Земли так реагируют. Сразу видно тонкую работу, качество огранки…
— Дед, ты меня понял? — Тормошу его.
— А? Ага. Ой, да, повелитель!
— Хватит на первое время? — Спрашиваю пытливо, в глаза заглядывая.
Рассмеялся дед, как дурак. Закивал. Похоже, даже не разобравшись. Наверное, впарь я ему бижютерию, ответ был бы таким же. Что ж, посмотрим.
— Так, давай приводи себя в порядок, и с картами военными в покои графини приходи на постановку и уточнение задач. Жду через час, — командую и, не дожидаясь реакции, сваливаю в портале в «пентхаус».
Кости бросить на перину захотелось. А то шесть дней уже как бомж сплю, где придётся.
Спохватившись, понюхал подмышки через ткань. Сойдёт. Рухнул на кровать, и в сон потянуло резко, когда спина вдруг ахнула.
Вскочил от визга врывающейся Жозефины. И понял с запоздалым ужасом, что незаметно для себя уснул.
Мля, не стоило так рисковать! Но Жози в белоснежном пышном платье уже влетела и с кудрями золотыми распущенных голос рванула обниматься. Сшибла обратно в кровать, задавив своими сиськами, которые чуть из чашек на моё лицо не выкатились.
— Аз! На целый рак!! — Пищит, целуя в щёки, как полоумная.
Всего — то шесть дней не было! Наверное, не стоит её расстраивать новостью, что пропаду теперь на гораздо большее время.
Дав посидеть на мне немного, мягко заваливаю на бок. Только вставать, снова лезет! Игра у неё такая, завали в кровать мужика.
— А вот не пущу! — Заявляет с глазами горящими. — Пока долгий поцелуй не получу.
Приучил к поцелуям взасос на свою голову!
Пять минут с моим языком во рту и можно смело рвать корсет. Но мне быстро надоели её попытки меня не пустить. И я поднимаюсь с кровати уже вместе с ней. Спасибо пресс и мышцы спины готовы и к таким нагрузкам.
Пересаживаю на коленки, при этом она продолжает меня лобызать неумело, пытаясь провоцировать на новые ласки.
М — да. Вспоминаю суккубок, то ли дело их сексуальность и опыт.
Слышу деликатный стук. Похоже, Вильям прошёл.
Спохватываюсь, больше часа уже прошло! Быстро вечереет.
— Подожди, Жози, — шиплю на неё. А затем ссаживаю на кровать, наблюдая, что одна сиська частично выкатилась, половина ореола наружу и вот — вот выскочит сосок! Похоже, стоячий уже от натираний тканью. Да потому что ёрзать меньше надо.
— Аз? — Клянчит и надувает щёки.
— Посиди смирно, пожалуйста, Жози, — бросаю и являю первый самолётик!
Графиня ахает от увиденного, и это хоть как — то отвлекает дурочку. Затаив дыхание, разворачиваю