В теле пацана . Части 1-7

из прошлой жизни, как легко воспламеняется бензин, перекидываясь и на тех, кто им пользуется, я это отметаю.
Тем более нужны стрелы более длинные, а то наконечник при взводе стрелы перед пуском к древку близко и руке его держащей. Точно полыхнёт.
А разделять стрелков от тех, кто бензином поливает нет возможности. Слишком мало воительниц. На каждой весь функционал. Да и что может лучница, если вампир в упор на неё пойдёт? Меч успеет достать? А если нет?
В принципе я выяснил, всё что нужно. Полевые испытания проведены успешно. Можно и пройтись по территории, что и делаю, как красная шапочка с корзинкой пирожков. Аааа, в Африке звери вот такой вышины…
Делаю обход позиций, корректирую работу. Критикую и ворчу.
Снова лезет в башку трек из «команды ‘А» под весёлую мысленную нарезку:
я заряжаю магазин с грозным видом
бабы копают ямы
я заливаю бензин в игрушечную водяную пушку с гадкой ухмылкой
бабы стругают колья
я элегантно двумя пальчиками устанавливаю мину на поле с оскалом
бабы таскают брёвна, мотаясь из стороны в сторону
я соединяю скотчем магазины, сидя на брёвнышке и посвистывая
бабы перекидывают лопатами землю, всё на волосы и за шиворот летит.
После обхода сажусь усталый на точке сбора и брякаю Дениз:
— Зови девчонок строиться, пусть заканчивают прохлаждаться.
Минут двадцать суккубки лениво стягивались с округи, стряхивая с волос землю, червей, дохлых насекомых и листву. Собрал их перед обедом, уточнить некоторые моменты.
Солнце в зените, облаков нет. Градусов пятнадцать по ощущениям. Лето неумолимо надвигается, как и Чёрный сезон со своим затмением. Девки собрались полукругом, взмыленные.
— Вы бы так не усердствовали, — комментирую, глядя на чумазые мордахи.
Воительницы в ответ ухмыляются, посматривая на мою залатанную золотом руку и волосы в копоти.
— Кроты бы вам позавидовали, — хвалю.
Бросают взгляды, как на предателя. Продолжаю с каверзным вопросом:
— Так как всадников с лошадей сбивать собрались?
— Вообще — то мы накопали ям под два метра, — заявляет Лихетта шёпотом, напоминая о том, что нас могут подслушать. — Вылезать им придётся уже без лошадей.
— А нам надо, чтобы они до засады верхом? — Хмыкаю. — Я думаю, нет. Чем раньше скинем их с сёдел, тем эффективнее разберёмся. И риск, что заманивающие будут настигнуты, сведём к минимуму. Короче, вы так ничего и не придумали.
— Ты ж уверил нас, что всё схвачено, — брякает Зоррин с претензией.
— Ям достаточно, — выражает мнение Исидора и кивает на мои побрякушки из другого мира. — Пояснишь, что это?
После светодиодного фонаря им всё интересно. Собрался уже инструктировать, а из зарослей вываливаются двое! Вышедшая в караул Туллия за ухо кого — то ведёт! И не просто, мужик телегу ещё за собой тянет.
Да это наёмник Ермил! Суккубки взирают на него недобро. А он на меня глазеет, как голодный обморок. Идёт, шатается, морда осунувшаяся, зенки вылупил.
Встал в десяти шагах от нас, куда его Туллия поставила, ручки телеги с ненавистью бросил, об землю звезданув.
— Придурок, ты что тут забыл⁈ — Ругаюсь я. Нам ещё нежных людишек в предстоящем адище не хватало.
— Господин Крис! Серебра вам и Света вам, — закартавил и кивнул на телегу. — Госпожа Ревекка мье Сарс передала на будущее предприятие с большим приветом.
— Там арбалеты, — комментирует Туллия с довольной ухмылкой и добавляет с благоговением. — Бронебойные. Стрел много.
— Да тише ты! — Шипят на неё подружки, кивая в сторону дыры.
— Ой, — зажимает рот Туллия с видом нашкодившей.
А я хмурый не по этому. Это что получается? Ревекка его прислала? Как он так быстро добрался? Млять, меня эти метаморфозы задолбали. Тут война практически, а они в шахматы играют.
Ермил улыбается, как дебил, мол, я должен сейчас подбежать и обнять его⁈ Нахер мне эти арбалеты. Разве что… лошадей по ногам долбить. Кстати, вариант неплохой! Вот и решение проблемы со всадниками. А то придётся использовать мины, перетягивая с других участков засады.
Но сейчас не об этом.
— Слышь, идиот, — продолжаю сердито. — Ты осознаёшь, что шастаешь по округе, где вампиров и оборотней кишмя кишит? Ладно бы только они. На суккубок голодных посмотри!
Девицы посмеиваются. Картавый побелел со страха от вида злорадствующих «дьяволиц». А они любители произвести эффект на слабые умишки.
— Прости, господин, я уйду, — проблеял Ермил и, сглотнув,